Противотанкист. Юго-западное направление. Книга 7

— Вы с данной гражданкой не только сожительствуете, но ещё вместе воруете и продаёте дефицитнейшие лекарства. — Припечатывает он меня убойным аргументом. — Сейчас мы её допросим, проведём обыска, после чего устроим вам очную ставку. Так что колись, пока не поздно, сержант!

А вот тут я поплыл. Да еще богатое воображение услужливо нарисовало картину допроса юной комсомолки в гестапо. Так что будь у меня в кармане настоящий ствол, я бы завалил этих мусоров, сжёг все их бумаги и ушёл в партизаны. И хрен бы меня нашли до конца войны, да и после конца тоже. Рука всё-таки сама полезла в карман, но фиг-вам. В затылок упёрся ствол револьвера, а голос над головой зло прошептал.

— Дай мне повод. Не дёргайся. Руки на стол. Только медленно. — Продолжил командовать Рыльский.

Не дёргаюсь. Аккуратно кладу на стол сперва правую, затем левую руку, ну а Панас синхронно обыскивает мои карманы. Сперва левый, выложив на стол спички и папиросы, апосля правый, достав деревянный пистолет. Пацюк тоже держит меня на мушке, прямо на линии огня. Упади я резко на пол, и Панас бы получил мою пулю, прямо из ТТ своего коллеги. Вот уж воистину, нарожают уродов, потом майся с ними. При виде предмета, похожего на пистолет и лежащего на краю стола, Следаков аж побагровел, а его глаза вылезли из орбит ещё больше. С трудом расстегнув крючок на вороте гимнастёрки, он сглотнул комок в горле и просипел."

"— А вы что, дебилы, его даже не обыскали?

— Так це ж не волына, а деревяшка. — Радостно оправдывается сержант Рыльский, убрав дуло нагана от моей головы.

— Идиот! Да будь этот ствол настоящим, он бы нас уже давно порешил и спокойно ушёл. — Обрёл наконец дар речи старший начальник. А Пацюк так и замер с пистолетом в руке.

— Панас, а я ведь тебе жизнь спас. — Решил я подлить масла в огонь.

— Не понял, это ещё почему? — удивляется он.

— А ты на младшего лейтенанта посмотри. Дёрнись я, и первая пуля твоя.

— И правда, лейтенант, ты бы убрал пистолет в кобуру, а то мало ли, отстрелишь себе чего. — На всякий случай принял влево сержант, уйдя в сторону с линии огня, но накаркал.

Бах!!! Раздался громкий выстрел в замкнутом помещении, поэтому больно ударивший по ушам. Все замерли, а младший лейтенант государственной безопасности — Пацюк, сначала побелел, а потом заорал, подвывая на одной ноте.

— А-а-а! — С переливами заверещал он, схватившись за толстую задницу ниже кобуры с пистолетом. Не знаю почему, но я что-то подобное предполагал, увидев ТТ в руках лейтенанта. Потому и опасался больше его, чем револьвера у своего затылка.

— Что случилось, Пацюк? — уставился на подчинённого старший начальник.

— Да он походу задницу себе отстрелил. — Высказал я своё предположение.

— И что делать? — растерянно спрашивает Следаков.

— Что делать? Что делать? Снимать штаны и бегать.