Противостояние

 — Огнетушители взяли и все за мной!

Сквозь толпу протестующих, как раскаленный нож, сквозь сливочное масло, прорывалась плотно сбитая группа людей, они шли клином, оберегая нескольких парней с ведрами, двигавшихся внутри этой группы. Ведра могли означать только одно — в них горючка, которую сейчас выплеснут на щиты милиционеров.

— Поджигатели! С правой стороны поджигатели! — громко закричал Слон, пытаясь привлечь внимание полковника, командующего обороной этой стороны улицы. — Огонь! Надо открывать по ним огонь!

Полковник оглянулся, услышав крик Владимира, и затравленно завертел головой в поисках угрозы, но потом видимо спохватился и отбежал в сторону ближайшего автобуса. Как всегда, чем выше начальство, тем дальше оно от проблем!

Подхватив щит, Словник начал пробираться сквозь ряды ВВешников, рядом с ним двигался Жбан, так они на пару и «прорвались» к первой линии обороны, остальные бойцы крымского «Беркута» двигались в «кильватерной струе».

Опоздали совсем на чуть-чуть, буквально считанных мгновений не хватило, чтобы предотвратить беду. Всплеск жидкости, выплескиваемой из ведра, раздается совсем рядом и тут же разрыв петарды-фейерверка… громкий хлопок и высокое оранжево-рыжее пламя взметается высоко в небо…

— А-ааа! — громкий, нечеловеческий крик, молодого солдатика, так резанул по ушам, что захотелось зажать их руками, чтобы не слышать этого воя боли и ужаса. — Помогите!!!"

"— Жбан, убери их с дороги на хрен! — Словник сбил с ног, нескольких солдат внутренних войск, которые в страхе перед огнем бросили щиты и ринулись назад, толкаясь и мешая друг другу.

Перепрыгнув через объятого пламенем пацана, Слон всей своей массой навалился на «майдановцев» которые, подобно стремительному потоку ринулись в образовавшуюся брешь из щитов. ПээР зажил своей жизнью, резиновая палка летала как живая, Словник бил яростно и сильно. Сзади бьют струями порошковые огнетушители, засыпая все вокруг мелкой крупой.

Удар! Удар! Еще удар! Прикрыться щитом, от летящего камня, снова удар ПээРом… еще один. Взмах щитом и чья-то перекошенная от злобы физиономия, окрашивается алой кровью из разбитого носа, снова удар… щит, дергается из стороны в сторону, так и норовя выскочить из рук — в него вцепились с той стороны и пытаются отобрать… хрен, вам а не щит! Владимир, на миг поддается толпе и позволяет себя оттащить, нажим на несколько мгновений ослабевает и Словник бьет ногой вперед, а потом еще раз и еще, но теперь уже резиновой дубинкой и краем щита, места теперь достаточно, чтобы развернуться, как следует… сильно бьет, вкладывая в каждый в удар всю свою ненависть к тем, кто по ту сторону щита… к тем, кто заживо жег его братьев по оружие, тех, кто кидал в них камни и куски арматуры.