Противостояние

В какой-то миг он решил, что его не устраивает больше роль курьера, который помогает своему другу воровать деньги, ведь тогда, получается, что Ёж ничем не отличается от тех же казнокрадов — чиновников, против которых сам же и выступает! Сегодняшний день, а точнее вечер, Левченко назначил для себя — как момент, когда он серьезно поговорит с Ёжом, о том, что хочет перевестись в другую сотню, а самое главное, что больше не будет работать курьером на доставке продуктов. Ну и что, что он не заработает денег для погашения кредитов… хрен с ними с этими кредитами, теперь у него в жизни другие интересы и прерогативы!

Рабочий день подходил к концу, Степан сделал последнюю ходку на базу и сейчас разгрузившись на Майдане, ждал Круглого и Павла Иванова, вместе с ними он планировал съездить в один из районов Киева, где, по словам Круглого, они должны были забрать какие-то очень щедрые пожертвования, в виде тонны продуктов питания и нескольких сотен одеял. Это был дар, от одной из киевских коммерческих организаций, купили они это, на деньги, собранные с сотрудников фирмы, и даже хотели привести все сами, но в последний момент их «Газель» приказала долго жить. Вообще, для подобных целей есть специальный транспорт, но поскольку представители фирмы-благодетеля обратились в палатку Круглого, то он решил, что стоит провернуть все самим, тем более, что можно будет часть продуктов и одеял оставить для собственных нужд. Иванова взяли в качестве штурмана, он как коренной киевлянин знал город лучше всех.

— На кой ляд, вы шлемы взяли и дубье? — спросил Степан, когда Круглый, наконец, уместил свои телеса на переднем сидении. — Не дай бог, гайцы остановят, все нервы вытреплют!

— А куда мне каску девать? — ворчливо спросил Круглый, снимая с головы армейский стальной шлем, который был разрисован фосфорицирующимися люминесцентными красками. — Сам же знаешь, что армейские каски на вес золота. Оставишь без присмотра, вмиг уведут.

— Это не каска, это СШ-68, то есть стальной шлем, образца 1968 года. Понял? — нравоучительно произнес Степан. — Каска, вон у Иванова.

Действительно, на голове у Паши Иванова была надета заурядная пластиковая строительная каска оранжевого цвета.

— Да, мне пох как ты её называешь, если все говорят — каска, значит это каска! — легкомысленно отмахнулся Круглый. — А, ты, что в армии служил?

— Конечно! А как иначе?

— Как? Откосил и все!

— Там где я вырос, это было не принято, — спокойно ответил Степан. — Пацан должен был отслужить… либо отсидеть!

— Да-а, интересная перспектива, — глубокомысленно заявил Круглый.

Разговор затих как-то сам собой. Иванов изредка указывал, куда надо свернуть и где лучше проехать, чтобы объехать место, возможных автомобильных пробок — вечернее время, как раз час-пик.