(Противо)показаны друг другу

Ты, кстати, руки мыл, чтобы мне подбородок трогать?

— Помыл. Но у меня как раз на большом и указательном пальцах твердый шанкр. Так что, сколько не мой, его не отмоешь, — парирует в ответ Юсупов.

— На указательном и большом? Так, стоп, а ты что ими делал? На мальчиков все же переметнулся?

— Рот закрой и на колени, — зло бросает Егор, надавливая на мои плечи. Офигеть. Этот придурок, что и вправду думает, что я согласна на минет?!

— Прям как в книгах. Но ты не олигарх. И у меня нет бриллиантовой Марьиванны.

— Что ты несешь?

— Сейчас ничего. Через три дня понесу сумки к ЖД вокзалу. Поеду в деревню к бабуле на целый месяц. Тяжелые, надо сказать, сумки, — спускаю штаны Юсупова на уровень щиколоток.

— Ты что делаешь?

— Штаны снимаю. Сам же сказал, цитирую: «Если не снимешь с меня штаны и не начнешь работать ртом, я иду к управляющему». Снять, значит снять. Работать ртом, значит болтать. Делаю все, как ты просил.

— Доиграешься ведь, Лиль.

— Я еще и не начинала играть, — приподнимаю его ногу. — Да дай штаны застираю. Потом, так уж и быть, поработаю ртом, как ты хочешь.

Наивняк. Просто детский сад, дающий мне стянуть с себя штаны.

— Сейчас все будет в шоколаде. Никто и не подумает, что у тебя настали критические дни. В смысле неудачные дни. Я сейчас все быстренько простирну. У меня в комнате отдыха как раз есть суперсредство, — быстро открываю замок и хватаюсь за ручку двери. Нажать не успела, Егор резко дернул меня на себя, закрыв ботинком дверь.

— Я передумал, — одергивает из моих рук джинсы. — Давай просто трахнемся, а то мне стремно тебе свой член доверять. Еще откусишь.

— Да, я могу, — усмехнувшись, произношу я.

— Ну вот раз «да», значит прощай юбка, — резкий разворот и молния моей юбки оказывается расстегнутой, а вместе с ней и сама юбка оказывается внизу. В другом случае я бы похвалила Юсупова за ловкость рук, но не сейчас, когда оказываюсь перед ним в трусах с болтающейся тканью в ногах. Он отходит на шаг назад и с задумчивым выражением лица бросает. — В трусах-таки. И очень даже симпатичных. Молодец, есть прогресс.

— Я знаю, что молодец, а вот ты — нет. Мое «да» было не относительно нашего соития, а касательно того, что я откушу кусок твоего герпесного члена, — пытаюсь наклониться вниз, дабы натянуть на себя столь нужный элемент одежды, да вот хрен там. Егор хватает меня за руку.

— Куда? Я без штанов — ты без юбки. Или ты думала я такой дурак, что отпущу тебя со своими джинсами?

— Эммм… ну вообще-то, да, думала, что ты дурак. Нет, не думала. Уверена, что ты он самый. Дурак, — по слогам произношу я, глядя в смазливую Юсуповскую морду.

— Дура, — легкий толчок в руку, и я пошатываюсь.

Воспользовавшись этим моментом, Егор подталкивает меня к столешнице раковины и быстро стягивает с моих ног юбку.