Противоборство

Они сами «поднаторели», сейчас в разоблачении таких очень даже «хлебных делах». Фёдор Иванович выделил два других направления: страх угодить в разборку организаций или вышестоящих начальников, в котором как хорошо им известно, крайним «стрелочником» будут «сошки» поменьше, коих можно легко подставить, коими можно закрываться: страх за своих близких детей, жену. Вот ведь удивительно, в их сердцах, погрязших во многих паскудных делах, почему-то особенно беспрерывно тлел этот страх, хотя назвать их примерными мужьями язык бы не повернулся. Все они имели любовниц, основательно попивали, были несдержанны на язык, да и руку тоже. Но, тем не менее, страх особенно за детей у них был достаточно силён. Об этой слабости потенциальные шантажисты отлично знали. Вот на это он настоятельно просил обратить внимание. Важно вызвать этот страх наяву, а затем уж и разруливать ситуацию. В том, что эти два незнакомца сумеют навести не просто страх, а ужас, Фёдор Иванович уже не сомневался. Об этом ему наглядно поведали их реакции. Ещё час он отвечал на их вопросы. Затем, исходя из имеющихся в его распоряжении данных, разрисовал несколько схем вербовки потенциальных служивых. Увидев, что они поняли его, добавил:

– Завтра утром будет окончательная «сверка», отработаем схему на одном из клиенте вместе, а уж с другими будете работать сами. Матанализ, внимательно всё слушавший, кратко подвёл итоги, назначил время и ушёл вместе с ними.

Проводив гостей, Фёдор Иванович с Платоном пообедали, затем он присел за компьютер, принялся анализировать материалы, переданные ему Чифом. Для себя лично он определил московский регион, как наиболее перспективное и, в тоже время, самое опасное направление. Главными объектами в нём, этом регионе, являлись таможня, Белорусский вокзал, аэропорт Шереметьево. В таможне в качестве потенциального агента был определён некто Семён Исаевич Гузерман. В прошлом доцент мясомолочного института, примерный семьянин, отец двух детей дочки пятнадцати лет и сына семи лет. И, хотя он, как и все его сотоварищи позволял себе и любовницу и загулы, к своим детям относился не в пример другим весьма не плохо. Баловал их сам, не как другие, перевалив сию обязанность на жену. Должность его вполне позволяла ему провести груз через таможню без проверки. С вернувшимся коллегой ещё раз обсудил схему вербовки. Тот доложил:

– Прослушка кабинета этого служивого уже установлена. Запись пошла со второй половины дня. К концу рабочего дня можно уже послушать и посмотреть. Аналогичные работы ведутся по выбранным агентам аэропорта Шереметьево и ж/д вокзала Белорусский. После этого они «переключились» на Санкт-Петербург, где предстояло действовать самому Матанализу. Там тоже налаживаются аналогичные работы.