Противоборство

Уже смеркалось, движения почти не было, кругом разливалась типичная патриархальная тишина. Жители уже рассиживались по своим домам, мужчины собирались по своим излюбленным, давно выбранным заведениям, где обычно коротали свои вечера. Машина остановилась у небольшого, обвитого виноградником дома. Клод, подъехав к низким решётчатым воротам, несколько раз мигнул дальним светом. Глухо залаяла собака. Дверь дома распахнулась. Из неё вышел мужчина, чем-то похожий на водителя, приветственно помахал рукою, отпер замок ворот, распахнул и отстранился, дав им въехать в небольшой дворик. Клод, подъехав к самым дверям домика, вылез и пошёл к мужчине, запирающему ворота. Они обменялись рукопожатием, несколькими фразами, подошли к машине. Хозяин открыл дверку, пригласил:

– Выходите, господин Франц, Вы мой гость. Прошу не взыскать за скромное гостеприимство. Мне поздно сообщили, что Вы приедете, моя хозяйка уже ушла. Но принять душ, по-крестьянски поужинать и поспать на мягкой постели я Вам гарантирую. Ник вылез, пожал широкую, всю в мозолях крепкую ладонь."

"– Не беспокойтесь, пожалуйста, это мы должны извиняться… Дом был типичным для тружеников этой части Франции. Достаточно удобный, тёплый, комфортный, несмотря на современную технику на кухне, всё равно время, десятилетия, а может быть, и даже столетия пробивались в большом камине, в потемневших от времени балках на потолке, в тёмной скрипучей лестнице, ведущей в мансардную часть. Ник с любопытством оглядывался, хотя признаться и «приморился» в своём лимузине. Клод же был весел, жизнерадостен, несмотря на то время, которое он провёл за рулём. Хозяин и Клод, которые по видимому были друзьями, но не часто встречающимися, явно были рады, да что рады, просто «лучились» от этой нежданно, негаданно встречи. Они быстро спровадили Ника в душ с тёмным, крепким мылом, сунули ему величиной с простыню, пахнущее какими-то цветами полотенце, а сами отправились кухарить и накрывать стол в просторной, темноватой комнате.

Заметно «посвежевший», он вышел к ним. Стол уже был накрыт добротной, сытной едой, а в середине среди блюд с копчёным мясом, колбасами и зеленью утёсом гордо высился на несколько литров кувшин. По их лицам Ник сразу же определил дегустировали изделие хозяина и хорошо продегустировали. Его тут же усадили за стол, поставили не то тарелку большущих размеров, не то просто маленький фаянсовый поднос, расписанный весёленькими цветочками, не спрашивая, принялись накладывать. Вскоре перед ним высилась горка из мяса, зелени, салата, сыра и ещё чего-то очень аппетитно пахнущего, а самое «завлекательное» это приличных размеров глиняная кружка, заполненная таинственно поблескивающей в отражённом свете люстры тёмной жидкостью.