Против нее

— В настоящее время у нас нет оснований полагать, что убийца представляет опасность для общества в целом, — она очень надеялась на этом отделаться от Пэрис, но та продолжала говорить.

— Но вы не знаете мотивов убийства? — тон Пэрис был скорее утвердительным, чем вопросительным. Бри оставалось лишь повторить ответ:

— Я пока не могу комментировать детали.

— Раз вы не можете комментировать детали, может, тогда прокомментируете ваши обнажённые фотографии по всему Интернету?

Бри замерла. Её горло сжалось так, что она вряд ли смогла бы прохрипеть ответ, даже если бы он у неё был. Ей хотелось удариться головой об стену. Этого следовало ожидать. Но Рори сказал, что видео и фото были загружены только на порносайты. Неужели они так быстро стали вирусными? Или её преследователь по электронной почте сообщил о них репортёру? Ей даже не дали времени отправить запрос на их удаление.

Чёрт, она ещё даже не связалась с адвокатом.

Волнение нарастало, репортёры начали шептаться. Не оборачиваясь, Бри знала, что Тодд шаркает ботинками по бетону и что лицо Мэтта окаменело.

Губы Пэрис изогнулись в довольной улыбке.

Бри сглотнула и попыталась казаться спокойной, но её щёки горели. Зная, что она должна ответить, она сказала:

— Очевидно, что эти фотографии смонтированы.

Но Пэрис не унималась.

— Вы когда-нибудь фотографировались обнажённой, шериф?

— Нет, — отрезала Бри, вздохнула и продолжала уже сдержаннее: — я никогда не была моделью, и точка. Как я уже говорила, эти фото ненастоящие.

— Я их видела. Мне они показались настоящими, — Пэрис смерила её скептическим взглядом. — А в порнографическом видео вы снимались? Потому что есть и видео.

Репортёры один за другим стали выкрикивать вопросы, и разразился настоящий бедлам. Кто-то полез в телефон, явно ища изображения. Улыбка Пэрис стала шире, как будто она была очень довольна собой.

Бри попыталась ответить, но её никто не услышал.

— Прошу внимания! — крикнула она. Пот выступил у неё на лбу, собрался под мышками, промочил рубашку под бронежилетом. Ей нужно было вернуть контроль. Кое-как справившись с собой, она рявкнула в микрофон: — Тихо!

Медленно повисла тишина. Бри взяла себя в руки. Ей нужно было продумать свой рассказ. Не продумать, тут же поправила она себя, а просто сказать правду, но при этом изменить свою эмоциональную реакцию. Страх и унижение делали её слабой, и вместо сочувствия она вызывала негодование и гнев. Она повысила голос ровно настолько, чтобы звучать уверенно, но не оборонительно.

— Фотографии, которые распространяются в Интернете, смонтированы. Это дипфейки, которые были созданы, чтобы поставить меня в неловкое положение. Они не настоящие.