Против нее

 — Многие из моих хейтеров считают, что его подставили и уволили, потому что он отказался «соблюдать политкорректность». Меня ругали за то, что я наняла несколько помощников-женщин и жду, что налогоплательщики оплатят им отдельную раздевалку, — Бри покачала головой. — Мне до сих пор трудно поверить, что в департаменте не было ни одной женщины-помощника до того, как я вступила в должность.

Но Мэтт поверил. Легко.

— Эксперты выяснили, кто занимается рассылкой?

— Нет. Я отправила Рори только худшие из писем, которые, как мы предполагаем, написал один и тот же человек. У меня нет ресурсов, чтобы отслеживать каждое письмо какого-то сукина сына с кучей анонимных учётных записей.

— Да, пожалуй, — но Мэтт хотел, чтобы они были.

— А если бы я это сделала, меня бы обвинили в попытке заставить замолчать тех, кто меня критикует, — она поджала губы. — Шериф — выборная должность. Меня судят в суде общественного мнения.

От выборных должностных лиц избавиться очень непросто, поэтому прошлый шериф годами увиливал от ответственности за коррупцию. С каждым обвинением в чрезмерном применении силы его популярность только росла. Даже после того, как его преступления были обнародованы, не все поверили, что он виновен. Многие настаивали, что его подставили.

— Мне это тоже не нравится, но у меня нет навыков, чтобы его найти. Всё, что остаётся — довериться Рори, — Бри взглянула на Мэтта. — Послушай, я всю жизнь имела дело с сексистами, и это не первый случай моей работы в органах, когда мне угрожают. Я надеюсь, что сукин сын просто хочет выговориться.

Мэтт указал на её телефон.

И это, чёрт возьми, тревожило.

— Согласна, но нам нужно раскрыть убийство. Неприятными письмами и фотками членов займёмся позже.

— А прямая угроза насилием в твой адрес?

Её губы сжались в тонкую хмурую линию.

— Убийству она всё-таки уступает. Судебные эксперты с этим разбираются, больше я ничего сделать не могу. Мой дом и семья под надёжной защитой, а я сама могу о себе позаботиться. Ни один из моих хейтеров не доводил дело до конца.

Мэтт молча кивнул, признавая её правоту, но он всё же не в силах был поверить, что угрозы насилия — просто часть работы Бри. Она сдула со лба прядь волос.

— Итак, что нам известно о бывшей жене Оскара?

На экране бортового компьютера Мэтт пролистал информацию, начиная с истории штрафов.

— Хизер Оскар сорок семь лет. Она водит «хонду» двенадцатого года, и, насколько я вижу, её история кристально чиста. Даже ни одного штрафа за нарушение ПДД.

— Она библиотекарь и проработала в округе двадцать лет.

Мэтт ввёл адрес бывшей жены Оскара в GPS, перевёл взгляд на часы на приборной панели. Было девять.

— Надеюсь, она ещё не ушла на работу.

— И не смотрела новости сегодня утром, — добавила Бри.