Против нее

Он занял место, как если бы это было его правом.

Шейн не возражал. Он принял превосходство Мэтта, как щенок.

— Ну так что? — голос Шейна выдавал, как сильно он нуждается в одобрении. — Чем могу помочь?

— Ну, вот в чём дело, — Мэтт покачал головой. — Даже спрашивать неловко. Это как-то неправильно, наверное, но мне нужна информация о твоём приятеле. Он в большой беде.

Рот Мэтта сжался, как будто то, что он собирался сказать, было ему самому крайне неприятно.

Плечи Шейна чуть сдвинулись назад: к его интересу добавилась осторожность. Мэтт выставил ладонь вперёд, его голос сочился пониманием.

— Я знаю. Он твой приятель. У меня тоже есть приятели, и я бы ни за что их не кинул.

Шейн напряжённо кивнул.

— Но вот в чём дело. В последнее время Дилан куда-то пропал. Похоже, он устроил какое-то дерьмо, — Мэтт выдержал паузу, вновь подчёркивая, до чего ему не нравится эта тема. — Уверен, ты тоже в курсе.

Шейн покачал головой.

— Он вёл себя странно. Это уж точно.

— Я хочу с ним поговорить, пока он окончательно не сошёл с рельсов, — Мэтт помялся, подчёркивая неловкость своего положения. — Пока не натворил чего-то, о чём потом может пожалеть.

Шейн нахмурился и едва заметно кивнул, как будто соглашаясь с Мэттом, но не сказал ни слова.

— Есть идеи, что с ним? — спросил Мэтт. — Я беспокоюсь. Мы с Диланом работали вместе много лет.

— И хорошо общались? — Шейн вздернул подбородок.

— Да мы вообще не разлей вода были, — без колебаний солгал Мэтт.

— Он никогда о вас не говорил.

— Мы давно не виделись. Я на какое-то время выбыл из строя. Меня ранили, — он указал на шрам на ладони, а потом приподнял рубашку и продемонстрировал след от пули, попавшей в спину. Мэтт с его мускулистым и покрытым шрамами торсом выглядел донельзя впечатляющим. Глаза Шейна вытаращились.

— Вот дерьмо, — его голос дрожал от благоговения.

— Да всякое бывает, — беззаботно парировал Мэтт, — такая уж работа.

Бри нетерпеливо ёрзала в кресле. Как бы сильно ей ни хотелось, чтобы Мэтт скорее добрался до сути интервью, она уважала его способность не торопить процесс. Другой возможности у них не будет. Как только Шейн поймёт, что влип, он не скажет больше ни слова.

— Ну, вернемся к Дилану, — Мэтт опустил подол рубашки, показывая, что плевать он хотел на раны. — Что с ним?

Шейн покачал головой.

— Он стал сам не свой с тех пор, как связался с этой сучкой.

Мэтт понимающе кивнул.

— Она, чёрт возьми, все испортила, — Шейн надулся, ковыряя грязь на полу носком кроссовка. — Как он с ней связался, мы с ним почти и не виделись.

— Отвратительно. Братаны важнее тёлок, я прав, бро? — Мэтт сжал кулак. Шейн энергично кивнул в ответ.

— Ага. Ну то есть, я не всех женщин ненавижу. Только таких вот пафосных сук.

— Понимаю, — ответил Мэтт.