Штрафники против гитлеровского спецназа. Операция «Черный туман»

 – Для того, чтобы читать нам заявления и сводки Министерства пропаганды и разъяснения к приказам главнокомандующего! Заботиться о том, чтобы мы, солдаты нашего фюрера, были морально здоровы и не заразились какой-нибудь болезнью вроде пацифизма. А нашу гонорею пусть лечит унтерартц Штольц! Тебе понятно!

Самый большой непорядок у них оказался в снаряжении. К примеру, противогазы со всех их содержимым, маской с гофрированным шлангом и фильтрами, то есть исправными, годными к применению по прямому назначению, оказались только у Мита и еще у троих солдат из весеннего пополнения. Даже у Вилли Райгера, при всей его приверженности нацизму и фанатичной верности Гитлеру, в гофрированной коробке вместо противогаза оказались три пачки сигарет «Юно», припрятанных им на черный день, два индивидуальных медицинских пакета и разная чепуха.

Обер-лейтенант Зангер уехал, пригрозив им, что, если к следующему построению во взводе не будет наведен порядок, то обер-фельдфебель Гейнце и унтер-офицер Бальк будут разжалованы в рядовые, а весь личный состав взвода в свободное от боевого дежурства время будет мостить дорогу от Малых Василей до Закут. Дорога среди этого океана непролазных болот – это, конечно же, большое благо. Но все на передовой знают, что сигареты в дождь или даже когда сутки-другие проторчишь в сыром окопе или блиндаже, сохранить сухими можно только в противогазной коробке. Она герметична. А сигареты на передовой порой важнее боеприпасов. Так что пошел он, прусская задница!..

Покончив с установкой пулемета на станок, они тут же принялись натягивать на колья парусиновые накидки. Небольшие по размеру, к тому же неудобной для такого сооружения треугольной формы, они были куда хуже красноармейских. Те и размером побольше, и формы правильной.

И Бальк, прикрепляя бечевкой конец накидки к стойке, подумал: хорошо, что спит Дальке, иначе бы обругал сейчас и Гитлера, и весь германский офицерский корпус за то, что сэкономили на парусине для солдат.

В следующее мгновение произошло то, что в корне изменило обстоятельства, в которые они попали, и заставило на некоторое время забыть первоначальный приказ, с которым они сюда прибыли.

За разливом на русском берегу послышался характерный хлопок, и тотчас в воздухе просвистела одинокая мина и с металлическим хряском разорвалась среди сосен. Мина упала метрах в ста от их окопа. В общем-то далеко. Даже примитивный полог, более или менее спасавший их от дождя, не содрогнулся. Но лица сидевших в окопе сразу побледнели.

– Они что, нашу косу пристреливают?"

"– Это их земля, – зло буркнул Дальке, – и они здесь делают то, что считают необходимым.

Минометный огонь, пожалуй, похуже снайперского. От снайпера можно укрыться в окопе. Не высовывайся, и все будет в порядке.