Простые истины

‒ Это хорошо, ‒ задумчиво причмокивает отец, ‒ опыт материнства имеется, результат перед глазами, парой внуков дополните, я надеюсь?

‒ Как минимум тремя, ‒ поправляю, получая в одобрение кивок. ‒ Попросить хочу ‒ открыто на Яну не наседай, закидывая привычными для тебя вопросами. Теперь я всё сделаю правильно, но на это нужно время. Она с характером, сильнее надавлю ‒ встанет в позу. Хочу по-настоящему, правдиво, по обоюдному согласию.

‒ А разве с Полиной не по-настоящему было? ‒ приподнимает бровь, удивляясь.

‒ У меня ‒ да, у неё ‒ есть сомнения. Возможно, я долгое время принимал желаемое за действительное, убеждая, что так у всех и мы не исключение.

‒ Когда понял, что не так?

‒ Когда Игнат женился и Алиска родилась пришло осознание, что бывает иначе: тепло, дружно, глубоко… Последние несколько лет лишь закрепили уверенность, что нам с Полиной не по пути. Разочаровался."

"Разочарование так же болезненно, как и предательство. Только не тебя обманули, а ты сам так нехило подставился. Вбил себе в голову, что человек рядом достоин твоей любви, приписал ему качества, которых даже в зачатке не было. Нафантазировал. Придумал. Сказку красивую, где оба без ума друг от друга, человека придумал любящего, понимающего, искреннего. А когда очнулся ‒ перед тобой печальная правда: никогда тебя не любили по-настоящему, лишь вид делали, желаемый образ создавали. И всё это не в момент случилось, а изначально существовало. Ты полюбил человека и вложил в его образ те чувства, которых он никогда не испытывал, а может быть, и вовсе на них не способен по своей природе, а отношения ‒ это всегда двое, старания одного при откровенном равнодушии другого бессмысленны.

‒ Минут двадцать с мальчишками побуду, затем приведу их ужинать. Иди, поздоровайся с матерью. И Сирень… прошу тебя быть максимально сдержанным в моём доме.

‒ В смысле? ‒ Ничто не предполагает раздражения, а присутствие рядом Яны даёт шанс на продолжение вечера в интимной обстановке.

‒ Иди.

Пожимаю плечами и захожу в дом. Пройдя по коридору почти до гостиной, удивлён несвойственной для мамы тишине. Как правило, когда приезжающие ей приятны, болтает без умолку, заставляя присоединиться к беседе всех.

‒ А почему у вас так ти… ‒ осекаюсь на полуслове, не веря своим глазам.

‒ Привет, Серёжа!

‒ Полина?

Какого хрена?

Глава 19

‒ Серёж, представляешь, я позвонила Асме Зарифовне с предложением заехать на часик, поболтать. Она любезно согласилась принять меня, ‒ щебечет Полина с интонацией ей несвойственной.

‒ Поболтать? ‒ закипаю, надвигаюсь на бывшую жену. ‒ Ты сейчас слово не перепутала случайно? Ты почти год демонстративно отказывалась появляться в этом доме под различными предлогами. С чего вдруг такое желание наладить контакты с моей семьёй?

‒ Сирень.