Простые истины

Но теперь намерен поднажать в вопросе с Ниной, желая получить от девушки необходимые подробности.

‒ Как прошло?

‒ Не очень. Он такую цену заломил, ‒ пристываю, ‒ в половину нашей компании в сумме. Наглеет наш бывший друг. Стоит на своём ‒ ни шагу в сторону, и адвокаты жмут меня со всех сторон. Без тебя сложнее. Следующая встреча в понедельник, надеюсь, ты составишь мне компанию.

‒ Вот что не нравится? Сидел пятнадцать лет и тупо прибыль получал ни за что, только деньги перечисляли. Компания растёт, расширяется, прибыль увеличивается, а он надумал акции продать. Как думаешь, почему?

‒ О причинах не распространялся. Хочу, и всё тут. ‒ Хотя причины мне известны, но пока с другом поделиться не готов.

‒ Но мы ведь можем просто не покупать?

‒ Можем, ‒ нехотя подтверждаю, ‒ но в этом случае Пронин выйдет с нашими акциями на рынок и отдаст тому, кто больше предложит. Да, это восемь процентов, но лучше, чтобы они были у нас."

"Я, конечно, намекнул на возможность остаться без прибыли, но есть слепые места в Уставе, которыми грамотный адвокат способен легко воспользоваться. А у Арсения их шесть.

‒ Значит, будем платить. Скинемся поровну и выкупим. Согласен?

‒ Я-то согласен, только нет у меня столько в свободном пользовании. Придётся ползти к отцу, чтобы не потерять дело.

‒ А ползти не хочется, правильно понимаю?

‒ Сам знаешь, камень преткновения ‒ Полина, и отец не сдержится, выставив условия, тебе известные.

‒ Какие варианты?

‒ На следующей неделе поеду в Тверь. Пора поговорить с собственной женой и прояснить… некоторые нюансы, которые от меня скрывали.

Даже представил в красках нашу беседу на повышенных тонах и истерику Полины.

‒ О чём речь? ‒ напрягается Игнат, готовый выслушать мои многочисленные предположения.

‒ Расскажу по факту. Не сейчас.

‒ Это ты так аккуратно намекаешь «не твоё собачье дело»?

‒ Просто сначала хочу услышать всё от Полины, а дальше по обстоятельствам. Поспешные выводы ни к чему хорошему не приводят, именно поэтому я дал себе время остыть, чтобы не рубить с плеча, сжигая к херам все мосты разом.

‒ Насколько я понимаю, сейчас ты говоришь о личном?

‒ Именно, ‒ закуриваю сигарету, приближаясь к окну.

Не люблю курить в помещении, но покидать пределы кабинета не хочется, а в общую курилку идти тем более.

‒ Ты снова начал курить? Бросал ведь.

‒ Уже начал. Твоя отдушина бокс, моя ‒ сигареты. И не нужно читать мне нотаций по этому поводу.

‒ Тогда ты не напоминай про мою спину. В клинику пока не собираюсь, хотя врач настаивает каждый день.

‒ И правильно…

‒ Мы договорились, ‒ понижает голос, срываясь в недовольство.

Не нравится, когда тыкаю пальцем, словно ребёнку, указывая в нужном направлении. А я переживаю, по-настоящему.