Простреленная репутация

Первыми сели пятнадцать дам. Все, несмотря на тёплую погоду, в длиннополых плащах. Сейчас садятся мужчины. У каждого в руках небольшая спортивная сумка...

На стоянку зарулила Серёгина «девятка», встала за «Газелью». Петрушин с Серёгой выволокли Дока и без особого пиетета запихнули его в салон.

Былинным героем или гигантом мысли пленный не выглядел. Напротив, он смотрелся как сугубо гражданский товарищ, по какому-то чудовищному недоразумению угодивший в лапы Петрушину, привыкшему иметь дело с хорошо подготовленными и психически закалёнными бойцами противника. Взгляд бессмысленный, губы трясутся, личико бледное, как подворотничок у дембеля, и воняет так, что понятно – в туалет товарищу уже не надо.

Утрамбовав пленного, Перушин с Серёгой примостились у окон, посмотрели...

– Выпускать нельзя, – буркнул Серёга. – Сразу за промзоной начинаются жилые кварталы, ничего не успеем сделать...

– Шестнадцать... – сказал Вася. – Семнадцать... и восемнадцать. Но с сумкой...

Из дверей столовой вышли ещё четверо, попарно тащат две здоровенные сумки. Спортивные сумочки тоже при них, но на плечах висят. Небольшая заминка – первую большую сумку осторожно пропихивают в автобус, кто-то сверху помогает...

– Четыре по пятьдесят пластита, – заметил Петрушин. – А?

– Неслабо, – одобрил Глебыч. – А у баб?

– Да, Док сказал – пояса...

– Неслабо.

– Держи. – Петрушин протянул Васе две гранаты. – У тебя будет одна попытка.

– Сделаем, – кивнул Вася, отдавая мне бинокль.

– Мы прокатимся, – буркнул Петрушин. – Как разгоняться начнём, вылезайте и падайте. Вон канава – самое то...

Петрушин, Вася и Серёга сели в «девятку». Петрушин за рулём, Серёга с «каштаном» справа, Вася с гранатами – тоже справа, но сзади. Спустили стёкла. «Девятка» тихонько вырулила со стоянки и поехала по бетонке к столовой.

Я занял Васино место и принялся наблюдать в бинокль. Двое у дверей автобуса пропихивают последнюю сумку. Из столовой больше никто не выходит...

– Уф... – шумно выдохнул Иванов. – Чёрт-те что..."

"Полковник – мастер вдумчивых оперативных комбинаций. Ужас как не любит рожать скоропалительные решения в режиме жёсткого цейтнота. Тут рожать ничего не надо – Петрушин принял единственно верное решение. И всё равно – уф!

«Девятка» свернула на газон, мгновенно увеличила скорость и помчалась к проёму между автобусом и столовой. Пять метров, проходят впритирку...

Двое у двери автобуса развернулись в нашу сторону, скинули с плеч свои спортивные сумки и принялись лихорадочно рвать «молнии».

– Бац!

«Девятка» сшибла бампером обоих – короткий вскрик – и на мгновение замедлилась у двери автобуса. Из окна правой задней двери, один за другим, практически без интервала, в салон автобуса влетели два ребристых «яичка».