Простреленная репутация

По пять – рядовым милиционерам. А потом уже можно и выдавать – по списку. Это же всё равно на халяву, тебе какая разница? А мы тебе за это...

Тут группа аксакалов услышала лишнее и насела на главу с громогласными обвинениями и упрёками. Грянули нешуточные разборки. Глебыч, как истинный миротворец, пытался урезонить спорящие стороны, утверждая, что хватит всем и не стоит оно того, чтобы так ругаться. Такой гвалт поднялся... Словно решали вопрос не о дармовых продуктах, о которых пять минут назад никто и не помышлял, а как минимум собирались делить родную землю.

За суетой почему-то никому и в голову не пришло поинтересоваться: а по какому поводу «гуманитарка»? Алхазурово, между прочим, у нас не входит ни в одну зону бедствия, сроду не являлось объектом гуманитарной катастрофы, и люди здесь живут довольно неплохо...

Итак, несчастного Глебыча вовсю плющило в шторме нешуточных гуманитарных дебатов, двое разведчиков и Саня Жук охраняли транспорт... А остальные под шумок начали тихое вторжение на «объект».

Иванов с Серёгой взяли из «бардака» коробки, обёрнутые плащ-палатками, и пошли к калитке. Петрушин с Васей Спириным, прихватив по канистре с бензином, двинулись следом. Тут же сбоку нарисовалась Лиза, которая имела при себе металлический саквояж с красным крестом на боку.

Калитка была распахнута, из неё выглядывали две дамы: одна пожилая, вторая значительно моложе – Лизина ровесница. Дамы вопросительно посмотрели на Серёгу, шествовавшего во главе всей банды, и он было разинул рот, дабы объясниться...

Но в этот момент товарищи из той части толпы, что была прижата к забору усадьбы, заметили «левое» движение и начали возмущаться. Это что же такое творится, господа хорошие? Раздачу ещё не начали, а этим уже тащат?!

– Да это не то! – выступил на хорошем чеченском Серёга. – Это родственники из города просили передать. Всё равно мимо ехали, вот, завезли...

Родственники – это совсем другое дело. Это святое. Возмутившиеся было товарищи тут же отступили. Пожилая дама в калитке заметно оживилась и стала кричать:

– Махмуд! Махму-уд! Иди, Султан посылку передал! Махму-уд!

– Заботливый наш Султан, – вполголоса пробормотал Серёга, обернувшись к Иванову. – Посылки передаёт...

Полковник досадливо поморщился – и без перевода понятно, не надо переигрывать...

Из толпы по бортику газона просочился пожилой мужик с палкой и в тюбетейке, а в комплекте к нему – востроглазый мальчишка лет четырнадцати.

«Ага, дядя Казбека, – отметил Иванов. – Мальчишка, судя по всему, брат Казбека – Имран...»

– Вот, Султан просил передать, – Серёга качнул в руках коробку в плащ-палатке. – Кое-что из еды и топливо. Ещё просил кое-что рассказать, с глазу на глаз...