Простокровка из Дра'мора

Вместо этого в противоположном конце зала пульсировал желтым ряд световых столпов, возле каждого из которых значились цифры этажей: первый, второй и так до пятого. Стоящие особняком два красных столпа не имели никаких опознавательных знаков.

Марори выбрала четвертый и, не мешкая, вошла в него, крепко прижимая вещи к себе. Столп налился светом, стал плотным, и на несколько мгновений девушка перестала видеть дальше его границ. Когда же все успокоилось, она оказалась в просторном коридоре, по обе стороны которого в шахматном порядке располагались двери. Тяжелые и массивные, из темно-красного дерева, с коваными ручками и петлями. Девушка нашла свою, с радостью обнаружив, что ее комната находится в самом конце коридора, рядом с выходом на террасу.

На двери не оказалось замков, зато стоило подойти, как поверхность браслета засветилась, и дверь со щелчком открылась. Марори шмыгнула внутрь, перевела дух – и замерла, с отвисшей от удивления челюстью. Сказать, что комната была роскошной – не сказать ничего. Резная мебель, бархат, шелк, вышитая вручную тюль на окнах, драпированная мягкими складками. Подобрав челюсть, девушка избавилась наконец от чемодана и отправилась в путешествие по своему новому жилищу. Оказалось, что комнат не одна, а целых две: главная, обустроенная как гостиная пополам с учебной комнатой, и спальня, к которой примыкала гардеробная и ванная. Все, конечно, компактных размеров, но меблировано со вкусом. Двуспальная кровать под балдахином манила в свои шелковые объятия.

Эта сторона гостеприимства Дра’Мора Марори понравилась значительно больше всего остального, что ей пришлось пережить за день. Правда, она по-прежнему не могла отделаться от мысли о возможном подвохе. Но не может же, в самом деле, везде и во всем быть одна только ложь и западня?

Час спустя, вымытая и переодетая с дороги, она распаковывала чемодан. Большая часть книг и конспектов остались с неудачной поездки в Эльхайм, здесь они без надобности и потому перекочевали на самое дно. Вещам в шкафу было явно сиротливо: пара джинсов, несколько рубашек и футболок, три пары удобной обуви для каждодневной носки и единственные туфли на приземистом каблуке. Одно-единственное платье.

Письменные принадлежности – а вот этого добра было действительно много, она щепетильно разместила на столе. Каждая вещь лежала именно там, где нужно, чтобы в любой момент взять ее, не глядя.

Последними на полку встали безделушки: морская раковина, привезенная с единственного в жизни Марори морского путешествия; пара гладких камней причудливой формы и цвета; кукла с головой-тыквой. Вещи, которые будут напоминать о доме.

Доме. В груди снова зародился комок тоски и сожаления об ушедших днях. Теперь они казались такими спокойными, такими счастливыми.