Простокровка из Дра'мора

Сатис задрал башку, завыл.

А из Разрыва все лезли новые твари.

Марори бросила взгляд на Крэйла с отцом. Там все было очень и очень нехорошо. Шаэдис-старший уверенно теснил сына, раз даже саданул его эфесом меча в грудь. Девушка невольно вскрикнула, но Крэйл только отпрянул, тем самым заработав мгновение передышки. Всего лишь короткое мгновение.

«Кинжал!»

Ним же был вооружен. Где его кинжал?

Марори чувствовал себя самой большой обузой в мире – бесполезная малявка, не способная о себе позаботиться. Она бросилась к тому месту, где Шаэдис-старший расправился с незадачливым эльфом. Кровь-кровь, какие-то кучки плоти, остатки одежды.

Вот он!

Девушка схватила длинный тонкий кинжал, не раздумывая, вытерла мокрую рукоять свитером. Теперь она может сражаться.

Крэйл провел удачную атаку, пинком ноги метнул в отца небольшой столик, а затем, когда родитель ненадолго потерял равновесие, в прыжке полоснул его наотмашь. Немного не дотянулся. Сталь прочертила тонкую кровавую черту на белоснежной сорочке. Вандрик молниеносно сместился в сторону и кулаком поймал сына на противоходе, зарядив тому в лицо. Крэйл опрокинулся, ударился затылком об пол.

Марори, не помня себя от страха, бросилась на помощь.

«Сатис, помоги!»

Но преданный шакал отбивался разом от десятка, а то и больше, не-живых. Завывающие твари буквально облепили его, повисли на руках и ногах, тянулись клыками вцепиться в плоть. И некоторым это удалось.

Вандрик занес меч и резко опустил его на Крэйла, целясь тому в грудь. Марори показалось, что черная сталь пробила ее саму – прошла навылет, перерубила все ребра, рассекла внутренности.

Девушка даже закричать не смогла – настолько заледенела изнутри. А может, напротив, выгорела за то мгновение, что дымящийся меч прокладывал себе путь через непозволительно податливый воздух.

Но Крэйл не потерял сознания, не сдался – рванулся в сторону, успел откатиться. Меч отца рубанул каменный пол, высек из него мелкую шрапнель.

Марори уже почти налетела на Вандрика со спины, уже предвкушала, как острая сталь пронзит его тело, когда что-то мелькнуло на периферии зрения – и ее сбило с ног. Еще падая, девчонка поняла, в чьи объятия попала. Не-живой крепко обхватил ее тонкими руками, покрытыми белесыми комками застывшей слизи, широко раскрыл зубастую пасть. Вместе они покатились по полу, что-то роняя по пути. От создания Хаоса воняло так, что Марори едва дышала. Огромные глаза без век уставились на нее зеленовато-красными белками.

Не-живой оказался невероятно тяжелым, а потому после падения оказался сверху. Победно заворчав, он полоснул добычу когтистой рукой. Тело Марори среагировало на автомате, свободная рука блокировала нацеленные в лицо кривые иглы.