Простокровка из Дра'мора

Вот и сейчас Флоранция быстро преодолела часть коридора и остановилась около своего воспитанника, который как раз вытирал кровь оторванным рукавом своей рубашки. Следом из кабинета возникла рогатая массивная фигура Дамиана. И он разве что не метал взглядом огонь.

– Я же сказал вам идти к себе, айра Шаэдис, – пророкотал он.

– Это из-за меня она задержалась, – вмешался Эашу, хоть в присутствии двух ректоров разумнее было бы молчать.

– Он ее поиметь хотел, – прошипел Марроу. – Тварь проклятокровная, девчонка без сознания валялась!

Марори не успела даже подумать, чтобы сказать за себя самой, когда Флоранция совсем не по светлому выругалась и приказала спорщикам закрыть рты. Не сразу, но парни успокоились. Эашу покосился на Марори – и подмигнул. Правда, тут же и поморщился.

– Айра Шаэдис, у меня для вас хорошие новости.

Марори это внезапно свалившееся счастье совсем не понравилось. Наверное, потому что разило от него очередной неприятностью.

– Учитывая вашу неподчиненную небесную кровь и последствия халатного к ней отношения, – взгляд Флоранции указал на крылья за спиной девушки, – мы с Дамианом приняли единственно правильное решение. Вы едите в Эльхайм.

– Я же говорил, чтобы собирала вещи, – неожиданно хищно и зло выплюнул Марроу.

– Я понимаю, что тебе тяжело смириться с этим после всего, что ты. пережила. – Флоранция поморщилась, как будто собиралась чихнуть, но раздумала. – Поверь, мне самой не по душе, что тебя приходиться забирать теперь, после стольких потраченных сил и после всего того, что сделало с тобой это место.

Магистресса мягко, как будто мать, погладила ее по изуродованной шрамом щеке.

– Вряд ли тебя это утешит, но в Эльхайме тебя сделают прежней.

Марори едва не поддалась накатившему желанию отбросить ее жалость вместе с рукой, но она справилась с чувствами.

После того, как ее окатили «хорошей новостью», Магистр, с молчаливого одобрения Флоранции, затолкал парней к себе в кабинет. Магистресса Эльхайма предложила Марори прогуляться и остудить голову, чтобы поговорить обо всем случившемся трезво и без эмоций. Она вообще любила все сводить к эмоциям, как бы в пику Дамиану, у которого абсолютно на все трудности был один ответ – нужно просто больше работать и меньше спать.

– До сих пор не могу привыкнуть, что здесь все так. мрачно, – с грустью сказала магистресса, когда они прошли мимо заброшенного фонтана со стоячей водой, полной опавших листьев. В воздухе пахло зимой, и ее приход был так же неизбежен, как тающий с каждым днем последний осенний месяц. – Ты знаешь, что я тоже когда-то была нильфешни?

Марори отрицательно махнула головой, и выразительно посмотрела на ее роскошные, белые как снег крылья. То, чему она так безмерно завидовала всю свою жизнь.

Почти всю.