Простокровка из Дра'мора

– Потому что у одного ископаемого шанатара есть вредная привычка хватать и тащить меня без спроса, куда ему вздумается.

Крэйл продолжал смотреть на нее. Минуту, другую, будто хотел загипнотизировать. Марори непроизвольно прошлась рукой по волосам. Кажется, порядком выпивший Ниваль дважды пытался обрушить ей на голову заклинание смены формы, чтобы «присобачить» рога. Ему удалось? Нет, ладонь не наткнулась ни на что незнакомое.

На самом деле она хотела забыться. Заполнить голову чем угодно, лишь бы вытолкать оттуда все рассказанные Шаэдисом ужасы из ее, якобы, прошлого. Возможно ли, чтобы она забыла такое? Забыла, как набросилась на беззащитного подростка и едва его не убила? А потом напоила собственной кровью, чтобы вдохнуть в немощное тело новую жизнь? Она с трудом оторвала взгляд от его шрама и уставилась на собственное изувеченное запястье.

– Поклянись, что не врешь! – взмолилась она.

– Придется поверить мне на слово, потому что я никогда никому и ни в чем не клянусь. За клятвами – это к крылатым уродам из Эльхайма.

– И Изменчивая сфера тоже не твоих рук дело?

– Я сказал, что хотел убить тебя, а не смотреть, как ты попадешь под влияние тамакаты и выпотрошишь половину дра’морцев, прежде чем тебя испепелят.

– Я была абсолютно уверена, что это – ты, – созналась она.

– Даже после того, как я сказал, что понятия не имею ни о какой Изменчивой сфере?

Она пожала плечами. Мало ли что он сказал, в конце концов. Аситаро тоже много чего говорил, а еще больше – не говорил. Хотя, если поразмыслить, попытка темного загнать ее в угол в итоге обернулась с пользой для нее. Как говорится: все, что ни делается, – делается к лучшему.

Марори попыталась встать со стола, но Крэйл загнал ее в ловушку, поставив руки по обе стороны ее бедер. Она только теперь сообразила, что шанатар так и стоит перед ней без футболки, и укус горит на его груди, как зловещее напоминание о его сегодняшних откровениях."

"– Я не могла забыть, Крэйл. – Чем сильнее она всматривалась в его шрам, тем больше он казался каким-то зловещим знамением. Как будто теперь, когда она узнала то, что забыла, ее жизнь снова круто изменится. Знать бы еще, в какую сторону. – Я бы никогда такое не забыла.

– Если бы я хоть на минуту усомнился в том, что ты притворяешься, что все забыла, – мы бы с тобой сейчас так мило не беседовали. И я бы точно не стал предлагать тебе свое имя в качестве защиты.

То есть, по его мнению, они сейчас «мило беседуют»? Он очень «мило» признался, что желал ей смерти и пока не то чтобы передумал отказываться от этой мысли, а она не придумала ничего лучше, чем пристать к нему с поцелуями. Это можно назвать как угодно, но точно не «милой беседой».

– Пойдем, я обещал тебе экскурсию по дому.

Крэйл даже не потрудился одеться.