Просто он работает волшебником

Но это дело немного «скользкое», как она выразилась. И если она вдруг не приедет домой ночевать, я должна буду позвонить следователю – Геннадию Викторовичу Столярову. Она дала мне ваш номер телефона. Я успокоилась, поняв, что это дело контролирует представитель официальных органов. А приставать к Мирабелле, спрашивать, чем она занимается, бесполезно, она сказала, что это не мое дело… и ничего страшного не произойдет. Вчера она объявила, что едет на фабрику головных уборов. Я, естественно, поинтересовалась, что она там забыла. Мирабелла сказала, чтобы я не волновалась, они с Гришей едут всего лишь на разведку. Она не вернулась вечером. Что‑то случилось с моей дочерью, сердце матери не обманешь, я чувствую: что‑то происходит! Вот я и позвонила вам. Вы мне весело сообщили, что ждете всех девочек, вместе взятых, к себе в гости! Я и рванула сюда – с подругой. Грешным делом я думала, что застану здесь и свою дочь, но, кроме пустых бутылок и вас, Геннадий, – в невменяемом состоянии – я никого тут не увидела. Вы даже не помните, как впустили нас в дом! И теперь я хочу задать вам прямой вопрос, Геннадий Викторович…

– Да, конечно! – Гену затрясло.

– Где моя дочь? – с вызовом спросила женщина, глядя на него.

– Дочь?!

– Мирабелла! – уточнила она.

– Тьфу ты! Так вы – мама Беллы! – обрадовался Геннадий.

– Да, и зовут меня Александра Ильинична! Вы и этого, похоже, не помните!

– Ой, а я‑то было подумал…

– Что подумал? – строго спросила она.

– Что у нас… что‑то было! – простодушно ответил он, и матушка Беллы вздрогнула и перекрестилась.

Зина, до этого тихо-мирно поедавшая бутерброд с колбаской, подавилась и закашлялась.

– Вон что удумал! – воскликнула Александра Ильинична. – Пить тебе надо бросать, так‑то! А я, как кардиолог, могу сказать, что с сердечком‑то у тебя не все в порядке: вон какие отеки – и на руках, и на ногах, и очень уж бледный ты…

– Да, с сердцем у меня проблемы, – согласился Геннадий.

– Так какого же черта ты ведешь такой дикий образ жизни, если вообразил, что зажигал всю ночь с двумя старушками?! Я тебя еще раз спрашиваю: где моя дочь?! Я‑то думала, что она под присмотром полиции! Теперь я вижу, что это за присмотр! И что у вас за дело такое? Ты, надеюсь, все же в курсе?

– А вы и правда полицейский? – подала голос Зинаида. – У меня к вам просьба – найти моего кота Барсика, он опять куда‑то сбежал. Вкусил свободной жизни – и удрал!

Геннадий обхватил голову обеими руками, пытаясь прийти в себя.

– Я… поем?

– Конечно!

– Выпью кофе?

– Разумеется!

– А потом я позвоню своему другу Максиму. Он ухаживает за вашей дочерью…

– Это тот бомжик? – уточнила Александра Ильинична.

– Не знаю, о ком речь. Максим – богатый и весьма уважаемый человек.