Просто он работает волшебником

Зачем он только приехал сюда?

– Вы прямо как дети малые! Ревнуете друг друга, между вами даже стоять невозможно – такая сила притяжения! Током бьет! Мы же сами все так решили. Мы попробуем устроиться на фабрику, разузнать все, порасспрашивать… Максим хотел познакомиться с ней независимо от наших действий. А тут такое дело – нас забирают на ее частную территорию. Он должен был сориентироваться на месте. Вот меня так женщины никогда вниманием не баловали, а он раз – посмотрел, два – сказал, и его сразу же пригласили к женщине домой!

– Я не могу тут сидеть, я должна знать, что там происходит. Происходит между ними что‑то или нет? – нервно сжимала и разжимала пальцы Мирабелла.

– Ты подсмотреть хочешь?! – не поверил своим ушам Григорий.

– Хотя бы послушать.

– Они же на хозяйской половине, туда нельзя, нам только что сказали, – задумался Григорий.

– Гриша, очнись! Ты что, в самом деле?! И правда примерил роль прислуги? Тебе бы в театральный, а не в институт физкультуры! Прозвучало‑то как… «Не ходи на хозяйскую половину, нам этого нельзя!» – передразнила его Мирабелла. – Можешь оставаться здесь, господин дровосек, а я пойду полюбуюсь на господина обольстителя!

Мирабелла гордо вскинула голову, поднялась из подвала и принялась блуждать по большому дому в поисках Максима. Гриша, тяжело вздохнув, поплелся за ней.

– Я тебя не оставлю! Вы же заводные оба, еще схлестнетесь!

– Вот-вот, Дуся или Груня, как там меня? Она жаждет мести! Она проснулась во мне!

– Ты о главном забыла, – сказал ей Гриша.

– О чем? – строго посмотрела на него Мирабелла.

– О том, что мы о Нонне Степановне должны заботиться, то есть следить, чтобы ей было комфортно жить.

– Вот, золотые слова! Сейчас и последим! – потянула его за рукав Белла.

Они поднялись по лестнице, прошли по коридору и оказались на половине хозяев. Мирабелла боялась, но желание увидеть, чем занят Максим, было сильнее страха. Как ни странно, во всем доме царила мертвая тишина, поэтому слабый звук из‑за одной двери привлек их внимание. Они на цыпочках подкрались к ней, Белла распласталась на полу и посмотрела в щель. Кровь прильнула к ее голове.

«Хорошо, что я лежу… иначе упала бы», – мелькнула у нее мысль.

– Что там? – спросил Григорий и, повторив ее маневр, тоже улегся под дверью.

– Тихо! Хорош красавчик! Кто же откажется?! И это – в доме, где и я нахожусь… А я‑то подумала, что и правда понравилась ему! Вот дура!

– Тихо! – теперь цыкнул Гриша, хотя он прекрасно понимал чувства, охватившие Мирабеллу.

На большой кровати с белоснежным бельем и кружевом лежал на спине Максим, раскинув руки, темные волосы разметались по подушке. А сверху на нем сидела Нонна Степановна и жадно покрывала его лицо поцелуями.

– Ужас… – Все поплыло перед глазами Беллы.