Просто Он

Бирюзовые панели на стенах кажутся такими родными! А я ведь проработала тут всего неделю. За столом, где я сидела сейчас никого.

Виктория стоит у двери в кабинет Алекса с папкой в руках. Ее лицо не выражает ровным счетом ничего. Стандартная гримаса псевдо радости. Она всегда такая — легкая полуулыбка, глаза прячутся за стильными очками, причем, я уверена, у нее отличное зрение. Но очки модного бренда элемент образа. Как и костюмчик Шанель и туфельки, кажется Прада, но я не уверена — я как раз не так чтобы знаток всех этих брендов. Скромное обаяние буржуазии. Мне всегда было интересно, какая же у нее зарплата, если она может себе позволить такие костюмы и туфли? Нет, я понимаю, что личный помощник руководителя такой компании должен выглядеть соответствующе, но…

Ладно, это личная неприязнь. Я просто терпеть ее не могу. С самого первого дня. И с того разговора обо мне, который случайно подслушала в дамской комнате.

Мне вообще везет на подслушивания. Сколько раз мама говорила — не хочешь узнать дурные новости — не подслушивай! С другой стороны, если бы я пару раз не услышала то, что не предназначалось для моих ушей… Жаль, что мне не удалось проделать этот фокус с Игорем, возможно, услышь я то, что он говорил обо мне за глаза, не вляпалась бы.

Алекс жестом приглашает меня в кабинет, Виктория заходит с нами.

На меня она не обращает ровным счетом никакого внимания. С Алексом общается по-деловому, подчеркнуто вежливо.

Но я-то знаю, что она строила планы, касающиеся шефа. Об этом я тоже услышала случайно и в той же дамской комнате.

Алекс внимательно слушает все, что она говорит, кивает, просматривая бумаги.

— Виктория, спасибо, я понял. Евгения Викторовна сегодня будет работать здесь со мной. Ее рабочий ноутбук у вас? Принесите. И сделайте нам кофе.

— Я сама могу сделать кофе, — я улыбаюсь, давая ему понять, что прекрасно справлюсь с приготовлением кофе и Виктория тут не нужна, — мне это будет приятно.

— Хорошо. — он улыбается уголками губ, мне кажется, что лицо Виктории застывает, становится каменным, хотя вроде выражение не меняется. Нет, мне это не кажется, она действительно словно заморозила свою учтивую полуулыбку.

Через минуту она приносит мой ноутбук, ставит его на небольшой столик у окна, уже выходя бросает замечание:

— Алексей Владимирович, Станислав Сергеевич просил вас перезвонить. Это насчет того дела, о котором вы разговаривали вчера.

— Почему он не позвонил мне напрямую?

— Я не знаю. — ее губы все в той же полуулыбке. Удивительно, как ей удается сохранять такое лицо? Может, уколы красоты помогают? Мимика не двигается и все прекрасно, на лице никаких эмоций, ну… почти, потому что я-то считываю эмоцию. Она бесится потому, что рядом с Алексеем я.