Просто Маса

А имя мастер взял в память о великом путешественнике Жаке Араго, который, даже ослепнув, продолжал исследовать мир.

Выслушав это любопытное, но бесполезное для расследования сообщение, Маса решил, что пора переходить к делу.

— Прошу вас впредь меня жаловать, — произнес он стандартную в такой ситуации формулу направленной в будущее благодарности. — Это вам.

Протянул купюру из средств, выделенных банком на расходы. Метр принял бумажку деликатно, двумя пальцами за уголок, и все равно моментально определил, что это десятка. Вряд ли он когда-либо получал столь щедрые чаевые.

— Ооо, безмерно благодарен! — (А всё равно не поклонился.) — Чем еще могу я вам помочь, Тярусутон-сама?

— Расскажите мне про гостей. Кто здесь сегодня? —  для разбега спросил Маса.

Хомэросу наклонился к самому уху. Шептал еле-еле, пришлось напрячь слух. Еще и чертова музыка мешала Она уже не казалась Масе тихой.

— За соседним на запад столиком — знаменитый массажист Иино-сенсей, который в клубе известен как Такэда Нобутика. Ну, помните по урокам истории: это слепой сын князя Такэды Сингэна, покончивший с собой, чтобы не попасть в плен к Оде Нобунаге.

— Как же, как же, — кивнул Маса, в своем трудном детстве учившийся только бандитским наукам.

— За столиком на северо-северо-западе... — (Там потягивал коктейль бриллиантиновый щеголь с хризантемой в петлице.) — Сидит Эротосфен-сан, наследник торгового дома «Ёцукоси». Очень богатый и очень веселый господин, с экстравагантными манерами. Он учился за границей, поэтому иногда бывает груб. Заранее прошу за него извинения.

— Он что, увлекается математикой? — спросил Маса, знавший западную историю, особенно научную, лучше отечественной. — Ведь грек Эратосфен первый рассчитал окружность Земли.

— Нет, он эротоман, увлекается эросом... Обратите внимание на господина, который отсюда на юго-востоке, через два столика. Это Тиресий-сенсей, прославленный гадальщик. Вы, конечно, слышали про него. Один из отцов-основателей нашего клуба. Мы даже названы в его честь.

На седобородого отца-основателя Маса посмотрел с особым вниманием, хотя вообразить почтенного старца карабкающимся на банковские ячейки было затруднительно.

— На юг от вас господин Отани, главный специалист парфюмерной фабрики «Канэбо». Взял себе имя в честь Отани Ёсицугу — слепого самурая, который после разгрома при Сэкигахаре спросил: «Мне уже пора делать харакири? А то я не вижу»... Ах да, у стены на юго-юго-западе супружеская пара. Оба музыканты. Счастливо прожили вместе сорок восемь лет, состарились. Собираются прожить еще два года, а на золотой юбилей вместе уйти из жизни — красиво, на берегу моря, как герои пьесы «Самоубийство влюбленных на Острове Небесных Сетей». И зовут их так же: Дзихэй и Кохару.