Просто друзья (СИ)

Прямая спина — меньшее из того, что мне приходится терпеть.

Он больше не улыбается, резко стал серьезным. Это пугает.

— Красивый голос, — ответил мне.

— Да, Мила, как у тебя дела в Академии? — переводит тему его мама.

— Все замечательно, Наталья Матвеевна. Все, как и положено, сначала разогрев, балетный класс, прыжки, потом уроки сценической практики.

— Ты же будешь продолжать учиться там и после?

— Да, буду поступать через три года."

"— Молодец, Мила. Мы все тобой гордимся.

На этом интерес к моей персоне закончился. А я могла еще долго рассказывать про балет.

— А ты, Глеб? — Отец обращается к нему. — Какие планы у тебя? Ты же первый курс закончил, если мне не изменяет память.

— Спросите у отца. Его план в отношении меня уже расписан на долгие, долгие годы. Да, отец? — выделил он последнее свое слово. Для меня такое обращение к родному человеку дико. Мне не понять его поведения. Впрочем, не мне судить.

— Глеб! — Наталья Матвеевна пытается сгладить углы. Они всегда очень острые, когда дело касается их сына, я так заметила.

— Ну а что хочешь ты? — мой отец от него не отстает.

— Я? Хм…Девчонок? — он засмеялся. Очень заразительно. — Знаете, есть такой гонщик Айртон Силва. Он был назван самым лучшим в истории Формулы-1 в 2009 среди всех гонщиков. Круто, да? — ой, Глеб, ты же знаешь, что нельзя говорить слово круто. Но намеренно его используешь, — Но не это важно. Представьте себе, он всю жизнь посвятил себя гонкам, даже семья у него стояла не на первом месте, развелся из-за этого с женой. Прожил с той всего каких-то два года. Да не суть. Кстати, кого-то мне это напоминает. — Он взглянул на своего отца и сразу же вернулся к моему, — Его жизнь — это скорость, карты (Прим. автора — простейший гоночный автомобиль без кузова) и гонки. В 1984 году на Гран-при в Монако набрал два очка, когда сделать это было практически нереально. Лил сильный дождь, да и другие болиды (Прим. автора — тип гоночного автомобиля) были мощнее и технически лучше. Среди них был и чемпион мира Ники Лауда.

— Так ты гонщик?

— Ага. В моих венах — скорость, а мое сердце — двигатель. — Вижу азарт в его глазах. Стало интересно, что я смогу увидеть в его глазах, когда он за рулем своей машины.

Но я никогда не понимала то, о чем рассказывает Глеб. Не люблю риск и скорость. Слишком опасно.

Еще какое-то время Глеб был с нами. Такой другой, но своей особенностью он притягивает к себе. А потом ему кто-то позвонил, и он ушел. И сразу за столом стало скучно. Заметила это только я.

В тот вечер я долго думала о том, что сказал Глеб Навицкий. В его венах течет скорость. А что течет в моих? Танец? Искусство? Если он живет гонками, машинами, то чем живу я?

А потом я заснула.