Просто друзья

Я теперь не одна, поддержка в виде маленькой и такой теплой ладони.

Мила поворачивается к нам. На ее лице ни одной эмоции. Она маленькая ледяная статуя, ей чужды эмоции. Совсем другая Мила, незнакомая мне. А может, уже нам. Соня крепче сжимает мою руку.

– Девочки, не надо… Это лишнее.

– В общем так, Апраксина-Навицкая. Я тебе все сказала. Теперь слово за тобой. И с подружками, которых ты так жестоко кинула, будешь разговаривать сама.

Мы выходим из кабинета вместе. Но только Мила держится отстраненно. Не сговариваясь, доходим до нашего закутка. Сейчас он мне кажется самым уютным местом на земле. А раньше был просто местом, где можно съесть пачку моих любимых драже. Только спустя время понимаешь ценность многих вещей. Например, дружбы.

Мила садится на пол, поджимает ноги под себя. Такая грустная она сейчас. И я бы все отдала, только бы увидеть ту ее улыбку, что всегда меня раздражала. Ведь она ей безумно шла. Такой законченный образ красивой девушки. Но уголки ее губ направлены вниз, а бантик так и не разгладился.

Соня озирается. Мне кажется, она чувствует себя лишней здесь, но отчего-то не уходит. Разглядывает все вокруг, потом переводит взгляд на Милу, следом на меня. Может, наш дуэт не выдержал проверку, потому что должно быть трио?

– Я должна в первую очередь попросить у вас прощение. У тебя Соня, что забрала у тебя шанс. Забрала роль, о который ты так мечтала. И у тебя Зойка, что повернулась спиной, когда тебе нужна была поддержка и опора. Я плохая подруга. И мне ужасно стыдно. А еще плохо. Мне смертельно плохо от того, что я натворила. Я думала, с последним моим па, с поклоном я почувствую эйфорию, радость, счастье, ведь я стала Авророй. Это то, о чем мечтала. Напрасно. Меня ждала боль.

– Мила, мы тоже виноваты, – участливо смотрю на Соню, но у той вижу слезы.

– Это еще не все. После того, что скажу, вы возненавидите меня.

Мы вышли из кабинета Ирины Григорьевна все поникшие. Как цветочки, которых лишили воды, а засуха для таких нежных созданий губительна. Но я, по словам Глеба, не просто цветок. Я мухоловка, что питается насекомыми. Хищник, иными словами. Вместо того, чтобы украшать этот мир, я его уничтожаю. И так оно и есть.

Осознание произошедшего все накрывает с новой силой. С каждым моим движением, с каждым словом все сильнее и сильнее. Поток нескончаемый. Это уже не лавина. Это смертельный вирус. Он проникает в клетку, питается ей, губит жизнь внутри и размножается с быстрой скоростью. Я превращаюсь в этот самый вирус, несу за собой смерть и разруху.

Открыть всю правду, что мне сказала Ирина Григорьевна, было сродни пытки. Я ведь должна радоваться, что все получилось, но выходит совсем наоборот.

Девчонки не смотрят на меня, но я и не жду.