Прости за мою любовь

На этаже никого нет, свет выключили совсем. Не знаю, как в такой темноте буду искать нашу с Ивановой дверь. Я еще ее и закрыла. Как попасть в замочную скважину в темноте?

Об этом подумаю, когда достигну цели.

Резиновые шлепки противно хлюпают под влажными ногами. С волос стекают холодные капли воды. Полотенца на них не хватило. Начинаю замерзать. В коридоре холодно… В комнате тоже будет холодно… Как бы не заболеть.

Продвигаюсь почти на ощупь и первым делом, когда дохожу до своей двери, дергаю ручку.

Комнату я закрывала сама лично. Маша ушла. Там никого не может быть.

И обалдеваю, когда дверь поддается и открывается, выпуская в коридор тонкую струйку света.

Липкий холодок страха ползет по мокрой спине.

Я открываю дверь шире. Свет бьет в глаза, дезориентировав на мгновение, за которое успеваю придумать себе всякое. Но никак не то, что вижу. Вернее, кого.

– Привет, – улыбается мне наваждение с моей кровати.

– Ты что здесь делаешь? – облегченно выдыхаю я, справившись с первым шоком.

Тихо прикрываю за собой дверь и, вставив в нее ключ, зажатый в руке, поворачиваю замок на один оборот.

Подтягиваю полотенце повыше, оголяя при этом больше ног. Заливаюсь краской смущения, поймав взгляд Морозова на своих лодыжках.

Вот чего он так уставился?

– Кирилл? – зову его.

– А? – Ни малейшей попытки посмотреть мне в глаза.

Морозов как приклеенный смотрит на мои ноги, по которым ползут мурашки, волоски на руках встают дыбом. Щеки начинают алеть от смущения. Неуверенно переминаюсь ноги на ногу, отчего шлепки издают неприятные звуки, от которых мы с Кириллом одновременно морщимся.

– Ты как сюда вошел?

– Мне Иванова дала ключи. – Для достоверности кивает на тумбочку моей соседки, в тусклом свете лампы там и правда поблескивает что-то металлическое.

– И что ты тут делаешь? – нажимаю я голосом.

С места не двигаюсь. Так и застыла на пороге комнаты. Я как бы голая, не считая постоянно сползающего полотенца, а на моей кровати лежит Морозов. Рюкзак с вещами находится прямо за ним. Чтобы до него добраться, как минимум нагнуться. В моем положении этого делать не рекомендуется. Хотя, возможно, после этого Кирилл точно обратит на меня внимание как на девушку, но все же это не мои методы.

– Жду тебя, – беспечно отвечает Кирилл, приподнимаясь на локтях, – ты не пошла на вечеринку, я решил зайти за тобой и уговорить на нее сходить. «Папочке» нужна его «мамочка».

– Ты просто скрываешься от наших «детей»! – вдруг осеняет меня, и свободной рукой я тыкаю в сторону Морозова.

Полотенце опасно ползет вниз.

Кирилл хрипло смеется.

– Ты так быстро меня раскусила…

– Проваливай! – говорю я серьезно, без шуток, хмуро сведя брови на переносице.

– Один я туда не пойду! – в притворном ужасе шепчет Морозов.