Прости, но я ухожу (СИ)

"

"Марина была приземистой коренастой женщиной, на два года его старше, с которой он познакомился по пути с работы домой. Она окликнула его и попросила помочь с машиной, а когда Вадим пришел ей на выручку, наутро обнаружил себя в постели после вполне заурядного секса. Марина при этом вовсю хозяйничала на кухне, и тут же, стоило ему проснуться и появиться в поле ее зрения, начала отдавать распоряжения по поводу быта. Сходить в магазин, ведь холодильник пустой; снять и постирать шторы; разобрать и продезинфицировать снедь в кухонных шкафчиках, где завелись жучки.

С тех пор уклад жизни Куденкова был настолько выверенным и четким, что он не успевал, что называется, ни вздохнуть, ни пукнуть. И, что самое удивительное, даже не пытался трепыхаться, просто плыл по течению.

Как же часто он в последнее время вспоминал свою жизнь с Глашей! Наполненную пониманием, уютом, домашним светлым счастьем… она, эта самая жизнь, была настолько далека сейчас, когда он все больше увязал в быту с женщиной-командиршей, от которой не было спасу, что Куденкову оставалось лишь предаваться ностальгии.

В один из дней, стоило только им с Мариной зайти в торговый центр, где ей приспичило купить что-то для посадок на крохотном участке с покосившимся сарайчиком, куда они уже не раз ездили, он увидел всю семью - Юлю с каким-то парнем, Петра, смеющуюся Глашу и Яна, на плечах которого восседала Ксюша. Чувство острой потери стало таким огромным, что Вадиму захотелось рыдать. Счастливое семейство его даже не заметило - переговариваясь о чем-то своем, они удалились прочь. Им было не до окружающего мира. И уж тем более не до одного раскаявшегося и раздавленного человека, который раньше был центром этого клана…

В этот момент Куденков почувствовал себя совершенно убитым и ничтожным.

- Вадик, ты чего застыл? Пошли скорее! Рассаду раскупают мгновенно! Мне потом эти увядшие черенки не нужны! - заголосила Марина, когда он застыл на месте, не понимая, куда двигаться и зачем вообще идти вперед.

Захотелось схватить эту бабенку, встряхнуть и послать к черту. Однако Куденков, сгорбив плечи, будто на них лежала огромная плита, поплелся за нею.

Она права - увядшие черенки никому не нужны…

*

Леля вышла из машины и с ненавистью осмотрела огромный коттедж, принадлежащий ее мужу Денису. За него она выскочила совсем недавно, но уже успела познать всю отвратительность того, что называлось браком с богатеем.

Денис ни во что ее не ставил, о чем не уставал ей напоминать. Своим отношением, обидными словами, когда говорил ей, что он взял в жены рвань. Тем, как свысока смотрели на нее его друзья, эти богатенькие буратинки, от которых воротило. Но Леля терпела, потому что денег было вдосталь.