Прости меня (СИ)

Что этот недоумок уже сказал команде.

— Вероника писала, что ты упала в общаге.

Блин, забыла, что ещё в первый день написала Нике. О ней если честно вообще не хочется вспоминать. Даже не представляю как смогу быть в команде "Волков", когда она узнает, что мы с Гордеем вместе. Но об этом думать пока не хочется.

Наши начали тренировать номер. А я снова смотрела на Гордея. Я ничего и никого не замечала кроме него. Он тоже меня видел. Но Михайлюк не давал ему и секунду передышки.

Пока смотрела, не увидела, что наши уже отдыхают между повтором. А так же не заметила, как ко мне подсел Тимур.

— Спасибо, что никому не рассказала, — сказал он совсем тихо.

— Э, что? А это ты?! — раздраженно сказала я.

— А ты ждала кого-то другого?

— Если я кого-то и ждала, то однозначно не парня, который меня чуть не изнасиловал.

Я наклонилась к нему совсем близко, и сказала это прямо в ухо.

— Ты преувеличиваешь. Всё было не так.

Со стороны можно было б подумать, что мы флиртует. Потому что наши тела слишком близко, а мои губы почти дотрагиваются к его коже.

— Когда девушка говорит "нет", а парень не останавливается. Разве не это называют насилием?

— Ещё раз попробуешь сделать, что-то подобное, то тот, кто оставил засос до тебя, сравняет тебя с землёй. Я всё сказала.

И не дожидаясь его реакции или же ответа, я просто встала и пошла в сторону раздевалок.

Смелость, никогда не была моим коньком. Я чаще всего просто была наблюдателем. Но с годами, я начала видеть в себе бойца. Я не Соня, конечно. Боксом заниматься не могу. Но вот язык у меня острый.

Чаще всего соперника можно свалить словами. Аргументами. Фактами. Если этот соперник не машет кулаками, я однозначно выиграю этот батл.

Но после таких батлов, обычно наступает опустошение. Вот как сейчас у меня. Ведь если ты владеешь достаточной информацией о сопернике, значит, он был слишком близок тебе. Ну, или ты изучал его слишком тщательно, что привело к иному сближению.

Вот и Тимур. Он не успел мне стать кем-то близким. Но я впустила его в свою жизнь, хоть и частично. А ещё я впустила его в свой рот. Пошла с ним на свидание. Я даже рассматривала его как парня, с которым возможно можно попробовать встречаться.

А, оказалось, он рассматривал меня как дырку для своих утех. Только так я могу назвать его поведение.

— Что это было? — резкий стук открывающейся двери, испугал меня.

Гордей влетел в раздевалку, бросаясь молниями.

— О тебе и Тимуре. Как ты могла?

— Что могла? Объясни нормально, Гордей.

Он закрыл за нами дверь, а я уже встала и подошла к нему ближе.

— Ты флиртовала с ним. Я видел.

— О, Боже, Гордей. Только не ты. Как ты можешь такое говорить, после того, что между нами было?

— Я говорю, то, что видел собственными глазами.

— Иногда мы видели то, что хотим видеть.