Прости, я тебе изменил (СИ)

Это ж надо было из трех компаний, которые пожелали принять меня на работу, выбрать именно ту, где работал отец моего бывшего.

Ничего не наводило на это. Фамилии-то у них разные. Ни одного Громова не затесалось в штате сотрудников.

И тут на тебе...

Такое разве что в кино бывает.

Ага, и в моей жизни, судя по всему.

— Козел! — слетело с моего языка.

И он теперь будет руководить мной? Или сразу попросит уволиться?

""Уважаемая Алёна Станиславовна, я тут изучил ваше досье и пришел к выводу, что вы не подходите нашей компании. Почему? Потому что ваши заслуги перед компанией меркнут на фоне ваших же слов, сказанных мне однажды. Помнится, вы утверждали, что минет могут делать только проститутки. Так вот, наши мнения расходятся, а посему считаю, мы с вами не сработаемся. Как это относится к работе? А разве здесь нет туалетов? Я люблю минет в сортире. Вы такое не одобряете? Тогда прошу вас написать заявление на увольнение и положить на мой стол. Я сказал, заявление положите на стол, а не хер на меня"".

Вряд ли у него получится меня уволить.

Я не представлю ему такой возможности. Сама уйду.

Вот приду в понедельник в офис и сразу же напишу заявление на увольнение. Буду настаивать на том, чтобы меня отпустили без отработки.

Надеюсь, в понедельник Макар... Дмитриевич, пропади он пропадом, еще не успеет заступить на новую должность.

Да, будет тяжело расставаться с работой. Я же столько сил вложила, чтобы добиться успеха. Я так стремилась к мечте... А теперь мне придется начинать все с нуля.

Это ужасно обидно, но ничего. Я найду другую работу. Я выкручусь. И не с таким в жизни сталкивалась.

Да где же этот лифт? Что так долго?

Уже вся извелась. Гипнотизируя сменяющиеся цифры на табло, я нервно стучала каблуком и пыхтела, пыхтела, пыхтела, прокручивая в голове наш зрительный контакт.

И тут вдруг слух мой уловил оживленные возгласы со стороны банкетного зала, а затем твердые шаги гулким эхом разнеслись по стенам пустующего тамбура.

— Аля, — мужской голос, донесшийся из-за спины вкрадчивым тоном, заставил сердце сжаться в микроскопический комок, подняться вверх по глотке, а потом ухнуть вниз.

Внезапно мне захотелось раствориться в воздухе, слиться с пустотой.

Я зябко съежилась, обняла себя руками, а про себя твердила:

""Пошел вон! Сгинь! Чтоб у тебя член на лбу вырос, герой сортирный!""

— Аля, это ведь ты? — спросил, по шагу подбираясь ко мне, и через краткую паузу добавил растерянно: — Или я все же сошел с ума...

— Не понимаю, о какой Але идет речь. Мужчина, вы ошиблись, — намеренно исказила свой голос, понадеявшись, что он не узнает меня.

Макар поравнялся со мной, и в нос сразу же забился древесный запах его парфюма. За время нашей разлуки он так и не сменил свой аромат. По-прежнему носил тот, что я однажды выбрала для него...