Сердце просит счастья

На завтрак она предложила мужчинам, успевшим за время ее отсутствия сложить стопочкой белье на диване и одеться, тыквенную запеканку с ягодами, теплый ореховый рулет, морс, чай и кофе для Барташова-старшего.

– Слушайте, Мира, – удивлялся тот, уминая второй кусок рулета. – Это потрясающе вкусно. Такое все необыкновенное!

– Мне нравится находить интересные рецепты и осваивать необычные и давно забытые старинные блюда. В русле, так сказать, здорового и сбалансированного питания. Хобби такое.

– Очень здорово. И кофе вы варите великолепный, – от души нахваливал гость.

– Вкусненько-вкусненько! – с чувством поддержал отца сынок, доедая свою тыквенную запеканку.

А когда они закончили завтрак, Петька выканючил у отца разрешение на внеплановые мультики и убежал к телевизору, а Барташов попросил у хозяйки повторить кофе.

– Мира, – обратился он к ней с просьбой, когда она поставила перед ним чашку с дымящимся напитком и села напротив. – Я, конечно, понимаю, что это уже слишком, но вы могли бы нам еще помочь?

– Побыть сегодня с Петей? – догадалась девушка.

– Да, – кивнул Барташов и объяснил: – Мне надо сейчас в больницу к маме. Петьку, понятное дело, я с собой не возьму, через несколько дней, когда ее в обычную палату переведут, тогда можно. А после мне необходимо срочно ехать на работу.

– За двести километров от Москвы? – уточнила Мира, вспомнив, что он ей тогда сказал при первом их разговоре.

– За двести пятьдесят, – внес он поправку и сделал пару осторожных глотков из чашки.

– А что у вас за работа, Андрей Алексеевич? – полюбопытствовала Мира.

– Вы что-нибудь знаете про тяжелую промышленность?

– Абсолютно не моя тема, – усмехнулась Мира.

– Ну, так я и предполагал, – улыбнулся Барташов в ответ. – Я работаю на новом современном заводе, входящем в ряд крупнейших заводов федерального назначения. Мы выпускаем турбины разного объема, тоннажа и производственного предназначения как для нужд страны, так и на экспорт.

– Круто, – оценила Мира. – А вы там…

– А я там главный инженер, – закончил он ее предложение.

– Однако, – покивала она уважительно и вдруг спросила: – А сколько вам лет, Андрей Алексеевич?

– Тридцать восемь.

– То есть вам тридцать восемь лет, вы главный инженер здоровенного завода какого-нибудь стратегического назначения, и у вас в подчинении… а сколько у вас в подчинении? – с любопытством уточнила Мира.

– Несколько тысяч человек, – ровным тоном ответил Барташов.

– … несколько тысяч человек, – повторила она и помолчала, разглядывая его. – Вы выглядите старше. Не старее, а старше.

– Я знаю, – чуть улыбнулся он краешком губ и спросил в свою очередь: – А сколько лет вам, Мира?

– Тридцать два, – легко ответила девушка без глупой жеманности.