Скала Прощания. Том 2

– Дядя постоянно недоволен со времен падения Асу’а. Это никак не может помешать моим планам.

– Тебе прекрасно известно, что тут нечто большее, Ивовый Прутик. – Адиту пристально посмотрела на брата, но ее лицо оставалось бесстрастным. Потом она повернулась и бросила быстрый взгляд на Саймона, и на мгновение ее щеки потемнели от смущения. – Как странно говорить на его языке.

– Наступили странные времена, Кролик, – и ты это знаешь. – Джирики поднял руки к солнечному свету. – О, какой день. Нам нужно идти, всем троим. Бабочки уже собрались, как я сказал. Я говорил о Кендрайа’аро легко, но на сердце у меня тяжесть.

Саймон в полнейшем недоумении посмотрел на Джирики.

– Сначала позвольте мне снять эту глупую одежду, – сказала Адиту.

Она так быстро выскользнула в другую, скрытую дверь, что Саймону показалось, будто она растворилась в тени.

Джирики тем временем повел Саймона в переднюю часть дома.

– Мы подождем ее внизу. Нам с тобой нужно о многом поговорить, Сеоман, но сначала мы пойдем к Ясире.

– А почему она назвала тебя Ивовым Прутиком? – У Саймона на языке вертелось множество вопросов, но задать он сумел только этот.

– А почему я называю тебя Снежной Прядью? – Джирики заглянул в лицо Саймона и улыбнулся своей обаятельной хищной улыбкой. – Я рад видеть, что ты в порядке, человеческое дитя.

– Нам пора, – вмешалась Адиту.

Она появилась за спиной Саймона настолько бесшумно, что он даже ахнул. Адиту сменила зимнюю одежду на платье из тончайшей полупрозрачной ткани мерцавшего белого цвета, с оранжевым закатным поясом. Ее стройные бедра и маленькие груди отчетливо проступали под свободным платьем, и Саймон почувствовал, что у него начинает гореть лицо. Он вырос с горничными, но они неизменно отсылали его спать с другими поварятами. Почти обнаженное прекрасное тело выводило его из равновесия. Саймон понял, что не сводит с Адиту глаз, отчаянно покраснел и одной рукой невольно сотворил знак Дерева у себя на груди.

Смех Адиту был подобен дождю.

– Я так счастлива, что избавилась от всего лишнего! Там, где находился наш юный гость, Джирики, было холодно. Очень холодно!

– Ты права, Адиту, – мрачно отозвался Джирики. – Мы легко забыли зиму, когда в нашем доме властвует лето. А теперь нам пора отправляться в Ясиру, где некоторые не хотят верить в существование зимы.

Он вывел их из своей необычной передней в залитый солнцем коридор из плакучих ив, росших вдоль реки. Адиту последовала за ним. Саймон шел последним, продолжая отчаянно краснеть – ему ничего не оставалось, как наблюдать за пружинистой походкой и раскачивавшимися бедрами Адиту.