Измену гордым не прощают

И я такой идиот, что ревновал (ревную?) тебя к Миру! Ведь дело же не в том, что твое тело могло принадлежать или принадлежало другому мужчине! Вся суть в том, что ты - моя не телом только, а каждым вдохом своим, каждым мгновением своей жизни! Ты моя больше и объемнее, чем просто жена и любовница! У меня нет слов, чтобы это объяснить... Просто, наверное, это не сказки, когда говорят, что люди могут быть суждены друг другу, что могут являться половинками одного целого! И половинки эти могут трогать разные руки. Но как бы они, руки эти, ни пытались соединить мою половинку с какой-то другой, ненастоящей - не сложится паззл, не случится попадания в яблочко! Есть всего только две детали... Это совершенно точно не сказки.

Улыбаюсь. Сам с собой уже начал разговаривать! Или точнее, с Дани, но только мысленно, а не вслух.

Собственник во мне готов танцевать от радости. Ну, какому же мужчине не понравится, что его женщина всегда была и есть только ЕГО? И будет... Выбора у нее все равно теперь нет. Она его сделала, когда приехала ко мне вчера вечером.

- Девочка моя глупая, кто же так обманул тебя? Какая-такая сволочь лишила меня счастья столько долгих дней быть с тобой рядом?

Шепчу эти высокопарные слова, и они почему-то не кажутся чем-то чуждым, далеким. Я так чувствую.

Винить ее в том, что произошло, больше не получается. Более того, мне теперь кажется, что это я сам виноват! Потому что позволил этому случиться! Не защитил, не обезопасил свою женщину... свою беременную женщину. И она, да, на эмоциях, да опрометчиво, натворила дел. И мне было больно из-за этого. И ей было больно тоже!

Задумавшись, не контролирую свои пальцы! И они, отключив управление мозгом, скользят по бархатной коже ее плеча. И я понимаю, что бужу, только когда слышу:

- Почему не спишь?

Голос сонный, немного хриплый... Такому разве соврешь?

- Хочу на тебя смотреть, - улыбаюсь ей.

Меня переполняет нежностью. Так, что кажется, не выплесну ее на Дани, захлебнусь просто!

Наклоняюсь и целую ее обнаженное плечико.

- Спи... Еще рано очень.

Но она уже встрепенулась, уже отодвинула с лица кудрявую прядку и смотрит на меня, прикусив губу. И глаза больше не сонные.

- Кофе хочу. Сделай!

- Эй-эй! Ты только вчера сюда, в мой дом, пробралась! А сегодня уже командуешь, - смеюсь, но поднимаюсь с пола. Сделаю, конечно, жаль, что сам не додумался!

У выхода меня догоняет ее хитрющий голосок:

- И что-нибудь сладенькое принеси!

Знает. Другая женщина, конечно, не догадалась бы, что у меня всегда есть в заначке шоколадка. Но эта... Эта все мои привычки помнит.

Варю кофе в таком умиротворении, что петь хочется. За окном - серый дождливый рассвет, а у меня на душе - солнце...

Слышу, как спускается. Как идет ко мне на кухню, шлепая по полу босыми ногами.