Прощай, предатель!

Его содержимое так близко и в то же время так недосягаемо! Прямо как та денежно-вещевая заначка в камере хранения, которую я готовила для импульсивного побега незадолго до столкновения с Нонной...

Воспоминание об этом приходит словно озарение.

Я застываю с колотящимся сердцем, сосредоточившись на нем, как утопающий при виде соломинки. Вот оно! Не понадобилось тогда — значит, пригодится сейчас.

Там есть необходимый минимум вещей для меня и ребенка... небольшая, но приличная сумма наличных... дешевый мобильник с новой сим-картой... Вот только с документами неувязочка.

Я сощуриваюсь, внимательно глядя на сейф.

Хм... а почему бы не взять его с собой?

Габариты у домашнего мини-сейфа небольшие, вес примерно килограммов двадцать... вполне себе поместится во вместительный рюкзак, который Князев купил для семейно-романтических выездов в туристический кемпинг. А проблему с его вскрытием я решу как-нибудь потом, когда окажусь подальше отсюда. В старом бабушкином доме, про который Князев ни сном, ни духом.

Да, да, да! Это самый короткий путь к свободе от тоталитарного и лживого семейства Князевых, в которое меня угораздило войти сослепу. Да уж, через розовые очки наивной влюбленной дурочки много чего не разглядишь на свою голову. Да что уж теперь об этом переживать... проехали уже!

Я порывисто вскакиваю, переполненная новой надеждой.

Рюкзак лежит там же, где и остальное неповседневное барахло. В дальнем шкафу гардеробной. Я вытаскиваю его на свет, прикидывая размеры, потом иду примерять к габаритам сейфа и удовлетворенно киваю. Глазомер не подвел!

Теперь надо потихоньку собрать вещи и сочинить для мужа достаточно доходчивую объяснительную в записке, чтобы он понимал — со мной и сыном всë в порядке,иначе с него станется на волне стресса допустить версию с похищением или несчастным случаем...

А я не настолько ненавижу его, чтобы мучить подобного рода бесчеловечной неизвестностью.

Спускаю рюкзак в прихожую не без труда и с шумным выдохом разгибаюсь. Поясница слегка ноет. Позади раздается шорох неторопливых шагов.

— Ты чем это с утра пораньше занимаешься, Дарья? — укоризненно интересуется Ада Адамовна в черном шелковом халате до пят. — Бросила моего внука без присмотра! Что за мать ты такая?

— Он спит, — спокойно говорю я и обхожу свекровь по дуге, чтобы вернуться в детскую.

Но не успеваю сделать и нескольких шагов, как слышу вжик молнии, и оглядываюсь. Блин, ну что за пронырливая женщина!

Ада Адамовна активно шебуршит в оставленном мной рюкзаке без малейшего стеснения и при виде маленького металлического сейфа внутри потрясенно ахает:

— Это еще что такое? Бессовестная! Ты решила обчистить Владана перед разводом?!

Я закатываю глаза.

— Вообще-то там мои документы.