Прощай. До встречи с тобой…

– И вы успокоились?"

"– Да в квартире он своей, городской, оттуда позвонили. Точнее, мать выяснила, – оправдывается охранник.

– Работнички, уволил бы всех, – отмахиваюсь от оправданий и возвращаюсь к машине.

Где сейчас Вадим я знаю, в своей берлоге, как он называл квартиру в Крылатском. Ничего себе берлога, отец купил ему на двадцатилетие такие хоромы, что там на этом самом мотоцикле ездить можно.

Еду туда, что еще остается. Надо парня вернуть к жизни, пока не поздно.

Машину впускают на территорию высоток, проезжаем шлагбаум. Замечаю у подъезда мотоцикл Высотина. Выхожу, осматриваю. Бак помят, поцарапан, заднее крыло оторвано с мясом. Укоризненно качаю головой, так убить любимую свою вещь. Денег ведь стоит, да и память от отца опять же. Вадим с ума сходил по своему Suzuki Carbon, пылинки с него сдувал. Что же случилось, что парень так изуродовал прекрасную машину.

Поднимаюсь на тридцатый этаж, охрана меня пропускает. Во-первых, знает, я бываю у Вадима иногда, а во-вторых, понимает, зачем я тут.

– Когда вернулся? – спрашиваю плечистого детину в черной форме охранника на посту.

– Часов в шесть утра, – охотно отвечает он.

– Сам приехал? – киваю в сторону искореженного мотоцикла.

– Сам, но… Никакой, – осторожно добавляет парень.

– Ясно, пройду, посмотрю, что там. Не выходил?

– Пока нет.

Дверь в квартиру, что занимает половину этажа чуть приоткрыта и я захожу. Иду, заглядывая сразу в гостиную. Так и есть, Вадим спит, в руках начатая бутылка с виски, что уже пролилось на пол и засохло янтарной лужицей. Рука ободрана до самого локтя, и уже покрылась коричневой коркой. На лице длинная ссадина.

Сажусь рядом на широкий диван, рассматривая парня. Высокий, широкие плечи, красивый, девчонки пищат, когда его видят. Богатый, образованный, вот чего не хватает? Что себе жизнь убивает и другим тоже. Мать после смерти отца в себя никак не придет, а этот еще больше масла в огонь подливает.

Вытягиваю из его руки бутылку и делаю глоток, самому бы напиться до чертиков. Со всей этой историей с ребенком и анализами.

– Отдай, – хриплый голос парня отвлекает меня от моих мыслей.

Поворачиваюсь к Вадиму, встречаясь с мутным гневным взглядом.

– Не отдам, – молча сражаемся глазами, прикидывая в уме кто сильнее.

– Да и х** с тобой, – снова откидывается на подлокотник головой Вадим. Морщится, когда стукается, но прикрывает глаза, согнув руку.

– Вставай, – делаю еще глоток, – Иди в душ, говорить будем.

– Наговорились уже, – рычит тот.

– Знаешь же, что не отстану, да и руку нужно обработать.

– Да отвали ты! – зло кричит парень, снова открывая глаза и приподнимаясь, – Какого х** приперся?

– Мотоцикл видел свой? – делаю вид, что не слышал его слова, замечаю вполне осмысленный взгляд. Парень пытается вспомнить.