Прорыв

Постараемся всё сделать как надо, потом вернёмся в лагерь, ещё дня три на отдых, и вылетаем к Станиславу. Маршрут самого полёта я успел проработать. Думаю, к середине сентября можно будет связываться с Москвой и сообщить, что я готов лично прибыть к ним. Мои поиски шли особо интенсивно, да так, что я об этом от немцев узнал, которые тоже изрядно заинтересовались, а зачем Советам так нужен этот майор танковых войск Корнев. Про то, как он в Белоруссии куролесил, они уже в курсе, но всё равно странным им показался такой явный интерес."

"Ближе к обеду мы были на месте. Плутать не пришлось, куда идти, мы знали, маршрут проложен, осталось только придерживаться курса, отслеживая его по компасу и солнцу. Дальше вышли к речке, и по ней, сориентировавшись, вышли к схрону. Тут, думаю, стоит проговорить по нему, а точнее по ним, схронов нами было сделано аж три, более подробно. Для начала, представляли те собой две хорошо замаскированные землянки с нарами и печками-буржуйками, где могли жить по десять человек, и отлично замаскированный польский бункер. В нём даже рабочий бензогенератор имелся, и запасы топлива. Система отопления на шесть помещений, и три пулемётные точки, с самими машинками на штатных местах, замаскированные амбразуры были закрыты щитами. О них я узнал от одного польского интеллигента, который активно участвовал в противостоянии советской власти, в землянках его группой было подготовлено оружие и припасы, а сейчас тот, несмотря на то что в немецкой управе получил достаточно высокую должность, готовился противостоять немцам. Уже против них шла подготовка. Попался тот со своим помощником мне на дороге. При опросе, а точнее допросе, с элементами пыток, удалось узнать про эти схроны, о которых никто, кроме этих двоих, не знал. Я так вёл допрос, что поверил, те правду сказали. Во время отступления этот поляк организовал засаду против одной из частей Красной Армии и, используя два пулемёта, открыл огонь, однако несмотря на большие потери, советские бойцы и командиры смогли оправиться от неожиданности, уйти от губительного огня и, охватив место засады, уничтожить всех, кто там был. Эти двое спаслись только по той причине, что наблюдали за засадой издали. Они позже ходили, проверяли. Все их люди там остались, раненые были добиты. Вот и получилось, что кроме этих двоих о тайниках никто не знал, а новый отряд они только собирались набирать. Пока как союзный немцам, а дальше уже освобождать от немецких оккупантов. Националисты-фанатики.

Всё продовольствие мы с Бабочкиным и раскидали по всем трём схронам, на спинах и на плечах, наверное, до сих пор остались следы от ящиков, что мы перетаскивали. Ладно хоть в тех места лес пронизывали дороги, можно было подъехать поближе, чтобы далеко не таскать.