Прорыв

Во всех подробностях выяснял, что они видели на посту, что приметили, сколько солдат, как размещаются, как ведут себя, когда останавливают транспорт. Парни, особенно один, оказались сметливые, многое приметили. Днём на посту три-четыре солдата при унтере или фельдфебеле, офицеров никогда не бывает. Ночью уже больше солдат, пять-семь, по-разному бывает. Пост не стационарный, то есть на обочине палатка стоит, и пулемётное гнездо, вырыли и обложили дёрном настоящую позицию. При пулемёте всегда кто-нибудь находится. Бывает, что рядом с постом мотоцикл стоит, ночью и грузовик может быть. Тут не точно, бойцы лишь дважды до темноты задерживались, не успевая закончить работу, и их проводили мимо поста, возвращая в село. Бывало и на грузовике довозили, но это редкость, обычно пёхом. Сейчас бойцы работали за постом, как раз у аэродрома, так что удачно всё складывалось. Жаль, но это всё, что они знали, что видели, то и описали. Полицаи не намного больше знали, тоже особо им информации не давали. Выяснили только, что комендатура в селе всё же есть. Дали информацию, кто начальник, кто полицаями руководит, где живёт и какие привычки имеет. Ну, и немного по окрестностям пробежались. Даже слухи интересовали. Полицаи про пост знали, про брошенный аэродром тоже, но добавили, что у немцев неподалеку есть свой, там транспортные стоят. Надо будет самому глянуть."

"Взять пост нахрапом вряд ли удастся без потерь, а для меня даже потеря одного бойца тяжёлая утрата, неприемлемо, планы были на всех, и терять их я категорически не хотел, значит нужно сделать так, чтобы пост можно было взять без сучка без задоринки. Втихую. План, как это сделать, я уже разработал. Описав бойцам действия каждого, взял того сметливого бойца, он, кстати, из разведбата, и мы за триста метров до поста, спрыгнув на дорогу, стали уходить в поле, сильно пригибаясь при этом. Дальше уже поползли по-пластунски. Наша задача – взять пулемётчика, это и будет сигналом убирать остальных немцев. Подкрасться было сложно, пулемётчик, а каска блестела в гнезде, услышал бы, но повезло, мы дождались, когда мимо проходили два грузовика, которые всё заглушили рёвом своих моторов, это позволило нам совершить бросок и обрушиться на солдата. Я хорошо его прикладом по шее приложил, причём так, что, похоже, наглухо. Убил. Приказав бойцу снимать с немца всё, даже исподнее, проверил, как стоит на сошках пулемёт, и осмотрелся. Сколько человек в палатке, не видно, на дороге у костерка сидело трое, ещё двое вышли к дороге, как раз к ним приближалась телега с «полицаями». Встречали. Выходит, шестеро. Старшим был унтер, он и вышел с напарником на дорогу. Палатка меня беспокоила, если там есть хоть один немец, он нам всю обедню испортит.