Эпоха мёртвых. Прорыв

Едва машина встала, качнувшись от резкого торможения, мы распахнули все люки и чертями слетели с нее, падая на колено и наводя автоматы.

Двери бойлерной были открыты, и оттуда немедленно показался покачивающийся мертвяк в грязном и изорванном рабочем комбинезоне. А вот и мы, успели скучиться. Автомат плюнул пулей, лязгнув затвором, несильно и вполне по-дружески толкнув меня в плечо, голова зомби дернулась, и он свалился на землю. Рядом со мной присел Сергеич, который тоже водил трубой глушителя по сторонам, выискивая противника, но пока никого не было. Следом с брони скатился Васька, ударившись обо что-то и, по обыкновению своему, даже не выматерившись, а всего лишь поморщившись.

Бронетранспортер между делом успел развернуться и встал в воротах, частично укрывшись за столбом, направив стволы пулеметов вдоль улицы. Я услышал с улицы, как Николай в чреве машины менял короб с лентой в КПВТ.

– Пошли, чего ждем? – сказал Сергеич.

Я только кивнул, и мы припустили к дверям бойлерной, где с ходу напоролись сразу на трех мертвяков, почему-то стоявших в тени и не выходивших наружу. Заметили их в самый последний момент, находясь метрах в трех от них, наверное. Оттормозились так, что подошвы заскользили по засыпанному пылью асфальту. Сергеич успел выстрелить первым. Его автомат щелкнул, лязгнул железом, пуля ударила ближайшего к нему мертвяка, тощего и мелкого подростка, в середину лица, не убив, но свалив навзничь, на остальных.

Следом за первым топталась толстенная тетка в домашнем халате с начисто объеденным лицом с левой стороны. Погасший глаз болтался на щеке, левого уха и половины скальпа не было. Свалившийся на нее бродячий труп даже не качнул ее тяжелую прогнившую тушу. Но она все равно остановилась, дав мне прекрасную возможность ее застрелить. Пуля угодила в середину лба, и она дернула головой, как от удара в подбородок, и повалилась вперед, на зомби-подростка, придавив того к земле безнадежно. А мы лихо расстреляли еще какого-то сильно разложившегося мужика, стоявшего за теткой в ожидании, когда проход освободится, после чего Сергеич добил придавленного.

– Входим! – скомандовал он.

Он тут все знает, ему и карты в руки, я не возражаю, мое командирское эго пока помалкивает в тряпочку. Включили нашлемные и подствольные фонари и, перескочив через трупы, ворвались в бойлерную. Лучи заметались по стенам, перевернутой мебели, лужам застывшей крови на полу, рассыпанным автоматным гильзам. Что-то здесь случилось раньше, все стены были изъязвлены следами от пуль. Прямо посреди комнаты на полу лежала граната РГД со вставленным кольцом и даже не отжатыми усиками, но трогать ее мы не стали, мало ли какие манипуляции с ней успели провести? И положить потом специально для жадных и любознательных.