Эпоха мёртвых. Прорыв

Так и получилось. Начавший было натягивать штаны кавказец замер, но не испугался и к оружию не потянулся.

В это время к нему сзади приблизился Васька, взмахнул обрезком трубы, обмотанным тряпками, и бандит рухнул вперед как мешок с песком, даже не пикнув. Васька перепрыгнул через свежую кучу дерьма, оставшуюся после «клиента», мгновенно очутился у того на спине, залепил рот обрывком липкой ленты для ремонта шлангов из шмелевских запасов, достал из кармана еще один обрезок линя и начал сноровисто связывать пленному руки за спиной.

Я переместился к нему и занял позицию у древесного ствола, положив автомат на заросшую мхом кору. Если кто сунется, то сумею его срезать без лишнего шума. Васька же извлек нож, быстро наискось перемахнул лезвием резинку трусов. Штаны и так расстегнуты, теперь тому придется бежать, удерживая их связанными за спиной руками. Занятие это сложное, требующее немалой сосредоточенности и очень отвлекающее от мыслей о побеге и сопротивлении.

– Давай, потащили, – шепнул я.

– Успеем. Пускай просыпается, – ответил Васька, похлопывая «клиента» по щекам."

"Это подействовало, и через минуту тот открыл глаза, хотя и изрядно мутные. Не давая очухаться окончательно, мы поставили его на ноги, я подхватил с земли трофейный РПД, проверил, стоит ли он на предохранителе, и подвесил ему же на шею, пусть сам все тащит. Подхватил с земли свалившиеся штаны, подтянул их, дав ему нащупать руками их пояс, после чего толкнул его в плечо, задавая направление движения: «Давай, пошел!»

Тот тормознул, и я ударил его стволом в почку. Это подействовало. Пленный охнул сквозь пластырь и побежал. Теперь главное – не давать останавливаться. Сейчас у него туман в мозгах развеется окончательно, он поймет, что его уводят, в то время как его друзья совсем рядом, буквально в паре шагов, и стоит хоть как-то подать знак… Вот такие мысли надо пресекать сразу и гнать пленного на пределе его возможностей, стимулируя прикладом, ножом или чем-то подобным.

Мы пробежали до того места, где перешли ручей вброд, перетащили пленного на другую сторону, углубились в лес на противоположной стороне. Стараясь не оставлять следов, добежали почти до первоначальной позиции, снова свернули, уже в сторону машин. Пленному задуматься не давали, гнали, подгоняя оплеухами.

– Большой, отходим к машинам, – скомандовал я в трансивер.

– Принял, снимаемся, – донесся ответ.

Пленный все же немного очухался, начал крутить головой по сторонам, оглядываться и снижать скорость. Пришлось его вразумить снова, и он ускорился.

– Тань, это мы, не стреляйте. И давайте к машинам, – заранее сообщил в эфир я.

– Понятно.

Я заметил, что пленный с некоторым удивлением посмотрел на двух вооруженных до зубов девиц, но долго удивляться ему не дали.