Великая Кавказская Стена. Прорыв 2018

А Игорь подумал, что Божене с бойцами чертовски повезло: проскользнули они, как мылом смазанные. Пока Герман Орлов разбирался с экипировкой боевиков, Ржешевский через оптический прицел вёл разведку прилегающих к общежитию улиц.

Игорь и Олег Вепрев, подумав об одном и том же, сунулись в подвал и нашли того духа. Сняли у него с руки синюю повязку, а уходя, подложили гранату с выдернутой чекой.

— Командир, вижу чеха, — сообщил Ржешевский, когда они вернулись.

— Не стреляй! — сказал Игорь, тоже выглядывая в окно и замечая, как три или четыре боевика мелькнули за углом дома. — Пусть уходят.

Боевики скрылись в сторону улицы Мира. На лице Ржешевского промелькнуло разочарование, он с сожалением убрал палец с курка. Логика боя подсказывала, что надо бить боевиков при любом удобном случае. Но случай сейчас был не тот.

— Слушай, — сказал Герман Орлов, — мне кажется, они стягиваются к одному месту. А если мы двинем за ними, прикинемся боевиками и до моста дотопаем?

— Ну что, давай попробуем, — пробасил Герман Орлов. — Где наша не пропадала!

Особо раздумывать было некогда.

— Ладно… — решил Игорь, — вперёд!

Риск, конечно, был, но невелик — риск, что их раскусят, и риск нарваться на засаду. Последнее было, конечно, хуже всего. Однако судя по тому, как беспечно ведут себя боевики, уверенные в своей безнаказанности, засада была из области страхов — обычное дело на войне. Наверняка боевики ушли по команде, а значит, несколько минут можно перемещаться под шумок: издалека мало кто разберёт, а вблизи — мы сами с усами. И опять он выпрыгнул первым, и они побежали так, как бегают боевики — цепочкой, уверенно, не оглядываясь, потому что чего оглядываться, если вокруг свои. А гостиница, которая нависала слева, дымилась, как Всемирный торговый центр в Америке одиннадцатого сентября, но источала почему-то не поражение, а уверенность и стоицизм.

Через пару минут они увидели хвост уходящих боевиков, которые трусили вдоль проспекта Калинина вальяжно, чуть ли не вразвалочку. Последним удалялся боевик с двумя гранатами и РПГ-7 за плечами.

— Дать бы по нему… — с сожалением высказался Герман Орлов, у которого всегда чесались руки не только при виде боевиков, но и «друзей»-пиндосов.

Игорь, который за полгода изучил район, где жила Божена, примечал все те места, куда можно было нырнуть в случае отстрела или засады. Была у него такая неискоренимая привычка, которая не раз спасала ему жизнь. Все канавы он классифицировал по трём признакам: глубине, протяжённости и виду грунта. Лучше всего, конечно, были канавы, вырытые в земле. Пули в них не рикошетили. Но такие канавы в Пятигорске были чаще всего слишком мелкими для крупного мужчины.