Прорвемся, опера!

Толик выглянул через несколько секунд:

— Чё такое, Паха?

— Пошли на обед. Сан Саныча захвати.

— А он меня послушается? — с опаской спросил Толя.

— Твой запах знает, со мной тебя видел, ходить с другими людьми обучен. Застегни поводок на ошейнике и веди сюда. Скажи, что я разрешил. Если там кто ещё есть из наших, зови с собой.

Через пять минут Толик вышел вместе с собакой, а следом за ними шествовал Василий Иваныч, о чём-то задумавшийся.

— Ходил к Шухову, — произнёс он. — Тот занят сидит, из кабинета не выходит. Что это он? Пришёл к нему кто-то?

— Да он себе занятие нашёл, как раз по себе, — махнул я рукой, мол, не забивай себе голову. — Якут что, не идёт на обед?

— Нет, уехал со следаком.

Столовка, кафе «Фатима», находилась рядом с ГОВД, буквально через дорогу. Случайных посетителей там не бывает, ведь кормят там невкусно, зато дорого, а фирменные блюда — котлеты с запахом мяса, сделанные, в основном, из хлеба, и пирожки с тестом, но иногда, где-то глубоко в середине, можно было наткнуться на начинку из капусты или засохшего картофельного пюре, а то ещё на старый рис (пирожки с рисом почему-то гордо назывались пирожками с мясом).

Помещение тесное, столы накрыты старыми скатертями, к которым прилипало всё что можно, алюминиевые ложки и вилки гнулись от взмаха в воздухе, а мебель тяжко скрипела, когда на неё садились, и грозила развалиться. Казалось бы, зачем сюда приходить?

Но здесь были и плюсы, самый главный из которых — владелец кафешки, дагестанец Фархад, кормил нас в долг, когда нам не платили получку, записывая всех милиционеров в толстую тетрадку с клеёнчатой обложкой. Поэтому менты, у которых не хватало денег на чебуречную, ходили сюда под запись."

"Помню, как в начале нулевых в разгар обеда в столовку влетел какой-то придурок с газовым пистолетом, пытаясь ограбить кассу, и даже не заметил, что зал битком набит людьми в форме. Долго тогда и персонал, и мы смеялись. А жулик заехал за разбой, это было самое быстрое раскрытие преступления по самым горячим следам.

В углу висел пыльный телевизор, по которому показывали забытую мною передачу «Иванов, Петров, Сидоров», но о чём там говорили собравшиеся за маленьким круглым столом, не было слышно, потому что из стоящего на стойке японского двухкассетника на всю катушку играла музыка.

— Выпьем за любовь! — пел Игорь Николаев.

— Выпить-то можно всегда, — заметил Устинов и хохотнул. — По любому поводу, когда душа просит.

Сан Саныча здесь знали, у него даже было своё место в стороне от входа у батареи, куда он и лёг. Но всё равно беспокойно смотрел, думая, вдруг я забуду его чем-нибудь угостить.

Блюд в меню не так и много, но безопасно здесь есть можно только рис или макароны, здешнее мясо никто из постоянных посетителей пробовать бы не стал.