Прорвемся, опера!

— Милиционеры повязали с косяком, а косяк-то не мой, но они всё равно, оборзевшие, заломили и увезли. Ну…

Он снова сдержался, не стал приплетать привычные словечки про моих коллег.

— Так. И что дальше?

— Ну вот, Сёма тоже там сидел тогда. Пообщались, он мне накидал тогда за жизнь, типа, ты пацан правильный, но Кросс тебя ни во что не ставит, а сам Кросс — падла ещё та, с ним дела западло иметь. И, говорит, можно самим прорываться, без всего этого. Говорит, делюга одна есть, а у его корефана, Ганса, мент знакомый тут работает, говорит, за штукарь баксов его можно подмазать, чтобы заменить травку в косяке на укроп, и мент, — он было зачастил, но в этот момент замедлился, понимал, что мне рассказ не понравится: — сам вместо меня в баночку пописает, чтобы после анализов потом сказали, что я не употреблял…

— Это кто там такой умный? — я усмехнулся. — Который в баночку писает за штуку баксов? Слыхал, Толян?

Тот как раз заглянул в кабинет. Значит, успешно вернулись. Судя по его довольной улыбке, тоже выяснили кое-что.

— Слыхал? Мы не тем занимается. Люди в банки ссут, и им такие бабки платят.

— В натуре, — он засмеялся. — Надо своё дело открывать! Василия Иваныча позовём.

— Обязательно, — я посмотрел на Вагона. — Ну и кто это такой? Мент этот?

— Отвечаю, не знаю! — воскликнул он. — Даже не видел.

— Так кто самый главный в банде? — подкинул я ему вопрос для проверки.

— Сёма. Он бабки за меня заплатил, а я вот с этого фраера их взять хотел, чтобы рассчитаться…

— Кто ещё там в вашей кодле?

— Я, Ганс, Китаец и Шпала.

— Кто ещё?

— Всё.

— Точно? — усомнился я.

— Отвечаю!

— Сейчас Сан Саныч спросит…

— Да нет больше никого! — вскричал он. — Сёма и Ганс узнают про клиентов, к кому можно прийти, мы втроём со Шпалой и Китайцем увозим их в больничку, уговариваем, чтобы не выёживались и продавали, а Сёма лохов подыскивает, кто хату купит. А Ганс потом… ну это… избавляется от них. Ну и всё, кто ещё нужен!

— Да у вас целая ОПГ. У каждого свои роли, и даже пахан есть. Федюнина для чего в оборот взяли⁈ — спросил я громче, и Вагон вздрогнул. — Из-за бабок?

— Бабки, и это… Ганс говорил, вальнуть кого-то надо, мешает серьёзным людям.

— И каким людям?

— Да не знаю я! Не знаю, в натуре! Говорил, лошок нужен какой-нибудь, одноразовый, как гондон, чтобы потом от него избавиться. Вот мы его и хотели взять под это дело. Но я-то не в курсах был, что они мента хотят валить! Слышал, говорил, не надо, а они…"

"Я подошёл к разгадке, уже совсем рядом. Но, как назло, никогда не слышал про этого Ганса или даже про Сёму. Надо спросить отца, он-то почти всю братву знает в лицо.

И дело-то по его части, это же ОПГ, ему будет интересно.