Покаяние пророков

 — Хотя и регалии его тщательно скрывали.

— Я уверен, твоего редактора, газету и тебя съедят с потрохами. Как только назовете контору, в которой он служит, и привяжете ее к погрому.

— Потому что машину угнали? Из чувства мести?

— Ну почему же… из мести?

— Когда профессионализм подменяется индивидуализмом, ничего другого в душе человека не рождается.

Журналист попробовал осмыслить услышанное, но спешил, и думать было некогда.

— Я вас прошу… — Видимо, хотел назвать по имени-отчеству, но в тот миг забыл. — Кто этот Малышев?

— Пиши! Советник председателя правительства.

Парень ничего писать не стал, но будто немного присел, словно птица, готовая вспорхнуть.

— Чем он занимается? Этот советник?

— Тебе разжуй и в рот положи! Сам выяснишь, не знаю.

— А информация достоверная? Он же вам не представлялся и документов не предъявлял. Каким образом?..

— Эх, брат… — вздохнул Комендант. — Зашли бы ко мне чаю попить, я б вам растолковал, как следует собирать информацию. Мне не надо предъявлять документов, я их сквозь карманы вижу.

— Нет, я серьезно… Вы понимаете, это очень важно… Меня спросят! Кто вам сказал, что этот человек — Малышев и работает в правительстве?

— Да понимаешь, в чем дело. — Кондрат Иванович заложил руки за спину и пошел в сторону пепелища. — Стариков отовсюду повыгоняли, за убеждения, за службу тоталитарному режиму… ну и потому, что молодняку захотелось скорее вырасти. Нет, это естественно и неплохо… Только вся система начала разваливаться. А в оперативной работе важны нюансы, тщательная проработка каждой детали…

— Простите, я вас спросил о Малышеве, — перебил журналист. — Откуда получена информация?

Комендант остановился, покачался на носках — армейская привычка — и развернулся.

— Ну, как хочешь. Я думал объяснить причину, чтоб ты соображать начал… А здесь все просто. В вертолете второй пилот сунул бумажку, список пассажиров. Запишись, говорит, положено. Там первым номером стоит московский гость. А прокол, потому что машина чужая, арендованная, и пилотам все до фонаря. И этот Малышев даже не подумал, что след оставляет. Потому что опыта нет и слишком законопослушный… Но самое главное, прокола никто не заметил. Все, бывай здоров!

И ушел не оглядываясь.

Тут как раз картошечка поспела, весь день голодный Комендант достал из подпола огурцов и только подумал, что неплохо бы сбегать к Почтарю и обмыть возвращение, как дед Лука пришел сам, и не пустой — с тяжелой корзиной. Бывший бандеровец отличался прижимистостью, зимой снега не выпросишь; тут же принес несколько кусков соленого сала, большой шмат мяса без костей, луку, чесноку, банку капусты и две литровых бутыли самогона..

— Це тебе, як погорельцу, от мени та от жинки.

Выгрузил все на стол, табуретку на бок положил и сел.