Пророчество о драконятах

Достаточно широкий для троих драконов с развёрнутыми крыльями, он поднимался сквозь гору к королевскому дворцу, который Глин уже наблюдал со своей скалы.

По пути он успел бросить взгляд в большую пещеру с высокими узкими окнами, через которые падал солнечный свет. Сразу за порогом был глубокий бассейн с водой, а на стене висел парадный портрет королевы Пурпур в полный рост. На полу кое-где виднелись старые чешуйки, и по их медному блеску Глин догадался, чья это комната. Ни лежанки из шкур, ни вещей – а книжный свиток в лапах у Беды, наверное, сразу вспыхнет. Только драться ей и остаётся.

Почему же королева не посылает её на войну, а использует только для развлечений? Должно быть, не совсем доверяет. Оказавшись на свободе, воспитанница, чего доброго, поймёт, что убивать – не самое интересное в жизни. А может, наоборот, Пурпур боится, что та начнёт убивать кого попало, без приказа?

В конце коридора слышался топот, звон железа и гул голосов, как будто впереди собралась целая толпа. Так оно и было. Вскоре Глин оказался на широком балконе без перил, охватывающем со всех сторон огромное квадратное пространство. Сверху было ещё пять таких же ярусов, а выше голубело открытое небо. Толпы драконов сновали повсюду, словно огненно-красные реки, сверкая чешуей в солнечном свете, падавшем из широких окон.

Опустив глаза, дракончик увидел на полу балкона узор в виде отпечатков лап, выложенных золотом, а золотые узоры на стенах изображали языки пламени и очертания облаков. Похоже, королева Пурпур была не только невероятно богата, но и столь же могущественна. Ни один из её подданных, ступая каждый день по золоту, даже не попытался выковырять хоть кусочек.

Ощутив тычок в спину, Глин двинулся со стражниками вдоль цепочки золотых следов, оглядываясь на суматошную толпу. Чудом не сталкиваясь в воздухе, десятки драконов перелетали с балкона на балкон, передавали друг другу свитки с посланиями, несли в лапах вёдра с водой, меховые шкуры, блюда с угощениями и напитки. Каждый здесь был чем-то занят или делал вид, что занят.

Молодая дракониха оранжевой окраски тяжело взмахивала крыльями, поднимая на самый верх большую железную бадью с мыльной водой. Случайно задев хвостом встречного дракона, она потеряла равновесие, неуклюже метнулась к балкону и выронила свою ношу. Бадья, кувыркаясь, обрушилась вниз, обрызгав по пути Глина и стражников.

Через мгновение снизу донёсся грохот и лязг, а за ним – оглушительный яростный рёв, перекрывший весь драконий гомон. Все глаза обратились туда.

Рёв был не только громкий и яростный, но ещё и очень знакомый.

Глин подскочил к краю балкона и глянул вниз.