Пророчество о драконятах

– Цунами, а как же пророчество? Мы должны!

– Тихо! – Глин отодвинул её подальше от пасти драконихи, услышав подозрительное шипение.

Сам он был, в общем-то, согласен с Солнышком: пророчество забывать нельзя. С войной пора кончать, потому-то вся Пиррия и ждёт драконят. Достаточно вспомнить, с какой надеждой пели узники на скалах!

С другой стороны, и Цунами по-своему права. Что можно сделать, пока не освоишься в реальном мире, не увидишь всё своими глазами? Как можно остановить войну, не разобравшись самим, без мелочной опеки Когтей мира, как и зачем её останавливать?

Кречет и Цунами молча жгли друг друга глазами. Дымок из ноздрей Кречет завивался кверху, рассеиваясь на ветру. Глин покосился на Беду, но её взгляд был прикован к матери.

– Что ж, отлично, – фыркнула Кречет. – Я своё дело сделала, а благодарности от вас ждать, как от ледяных огня. Давайте, разыскивайте свои драгоценные семьи, делайте что хотите. Мне всё равно.

– Кречет, не надо так! – Солнышко кинулась к ней и вскарабкалась по лапе, обнимая крыльями. – Мы знаем, что ты для нас сделала, и очень благодарны.

Ореола с Цунами переглянулись, закатывая глаза. Глин молча потупился.

Рыжая дракониха решительно тряхнула головой.

– Теперь вы сами по себе. – Она оторвала от себя Солнышко, поставила на землю и шагнула к озеру. – Беда, ты со мной?

Меднокрылая молчала. Земляной дракончик повернулся к ней.

– Я думал, ты полетишь с нами, – сказал он, и глаза её загорелись.

– Только через мой обугленный труп, – прошипела Цунами, пихая Глина в бок."

"– А почему бы и нет? – небрежно заметила радужная, следя за полётом бабочки. – Вдруг Беда и есть тот пятый, кто нужен вам для пророчества… «крыльев небесных жар» – так?

Глин озадаченно моргнул.

– Да ну? Ты правда думаешь…

Воротник Ореолы замерцал алыми всполохами, она молча пожала крыльями.

Беда вскочила, уставившись на неё.

– Я могу быть…

– Нет! – резко оборвала её Кречет. – Не можешь.

– «Яйцо, что больше других, с горных высот», – рассеянно процитировала Ореола, не сводя глаз с бабочки. – Яйцо с близнецами всегда больше других, разве нет?

– Да, так и есть! – воскликнула Беда, с надеждой поглядев на Глина. – Вдруг я и в самом деле часть пророчества?

– Ничего подобного, – отрезала дракониха. – Вы с братом вылупились за год до этих неблагодарных червей, а в пророчестве говорится о пятерых и трёхлунной ночи. Нет, ваши небесные крылья погибли в том разбитом яйце. Я сама видела скорлупу и труп дракона, который нёс его.

Глин опустил глаза на свои вымазанные грязью лапы. Кречет права, и пророчество она знает лучше. Беда не может быть пятым из драконят.

– Извини, – сказал он. Медные крылья снова печально обвисли. – Только ты всё равно можешь полететь с нами.

– Нет, не могу. Мне нужны чёрные камни.