Пропущенный вызов

Вроде бы и законы позволяют, а люди отворачиваются, маскируя свою трусость праведным негодованием. Как можно подпускать уголовника к пациентам! У врача, как у чекиста, должны быть чистые руки! Ну и тэ дэ. Я подергался, но поскольку парень был специалистом в сфере, где я не авторитет, ничего не вышло, а потом он сказал, что сам не хочет снова в медицину. Спасибо, нагулялся по минному полю.

Лиза напряглась, вызвав удивленный взгляд Руслана. Нет, ТАКИХ совпадений просто не бывает!

– Стали мы искать альтернативу, – степенно продолжал Колдунов, не заметив ее острого интереса, – в итоге с огромнейшим трудом удалось через сложную цепочку смежных специалистов устроить его на склад готовой продукции, сиречь на кладбище могильщиком. Сначала я переживал, что человеку пришлось сделать такой шаг вниз по социальной лестнице, мучился совестью, что не помог лучше, а потом как-то закрутился. Мы не были близкими друзьями, и Георгий, наверное, не хотел соприкасаться в моем лице с медицинской общественностью, поэтому знакомство скоро угасло, и я долго не знал, как у него дела. А недавно встретил в торговом центре и офигел! Такой импозантный мужчина, просто с ума сойти. Красавец, подтянутый, холеный, куда там… Минимум директор кладбища!

– Как его звали?

– Зачем тебе? Я просто привел пример, что умный человек преуспеет в любой сфере деятельности.

– Пожалуйста, Ян Александрович, скажите, как его звали?

– Георгий Шелест.

– Вы с ним разговаривали?

– Лиза, что за допрос?

– Это важно. Я расскажу, в чем дело, но сначала ответьте на мой вопрос!

Колдунов пожал плечами и слегка раздраженным тоном сказал, что не окликнул старого приятеля.

– Я сидел, облепленный детьми и внучкой, как моллюск в икре, и не мог отвлекаться. Если бы он выглядел несчастным, нуждающимся в помощи, я что-нибудь придумал бы, а зачем навязываться успешному человеку? Ворошить его прошлое, о котором ему наверняка до сих пор больно вспоминать? Потом, видите, я был с семьей, а его невеста трагически погибла. Тоже как-то мне показалось нехорошо своим счастьем в глаза тыкать.

– Ну, времени-то с ее смерти порядочно прошло, может быть, он тоже давно счастлив в браке?

Ян Александрович покачал головой и грустно улыбнулся:

– Нет, Жора был однолюб. Великое чувство видно, как свет, его нигде не спрячешь. Иногда девушка навещала его на дежурствах, и смотреть на них было все равно как смотреть на восход. Вроде бы обычное дело, происходит каждый день, но все равно ощущение, будто прикоснулся к чему-то чудесному. Не знаю, не объяснить.

«Я знаю», – подумала Лиза грустно. И вдруг поняла, что теперь может вспоминать Гришу без прежней горечи и мучительного чувства вины.

– Боюсь, Ян Александрович, вы ошиблись.