Проповедник

— Да, конечно, сейчас прекращаю. Но у меня от нее что-то вроде тика.

— Какая злая девочка. Иди лучше сюда и обними меня, вместо того чтобы строить зловещие планы.

Эрика села рядом с Патриком на диван, и они прижались друг к другу. Такие минуты помогали Патрику если не забывать, то, по крайней мере, спокойнее воспринимать темные стороны человеческой натуры, с которыми ему приходилось сталкиваться на работе. Эрика поддерживала его в мысли о том, что он делает этот мир чуточку надежнее и безопаснее — в первую очередь для нее и для их будущего ребенка. Патрик думал об этом и чувствовал, как под его ладонью в ее животе барабанит ножками их дитя. Снаружи за окном задувал ветер, наступали сумерки, и небо из серовато-голубого стало пламенеюще-красным. Судя по закату, завтра ожидался солнечный день.

Предположения Патрика насчет солнца полностью оправдались. От дождя остались одни воспоминания, и днем над прогревшимся асфальтом отчетливо виднелся дрожащий воздух. Хотя на Мартине были всего лишь шорты и майка, он обливался потом, это стало его естественным состоянием. Вчерашняя прохлада вспоминалась как какой-то сон.

Он чувствовал некоторую растерянность, не зная, чем ему сейчас заняться. Патрик находился в кабинете у Мелльберга, так что Мартин не мог пойти посоветоваться с ним. Он ждал сведений из Германии: немецкая полиция могла позвонить ему в любой момент, и Мартин боялся упустить что-нибудь из того, что они ему скажут, из-за далеко не блестящего знания немецкого. Неплохо бы подыскать кого-нибудь, кто помог бы ему с переводом. Но к кому ему обратиться, кого попросить помочь? Те переводчики, с которыми они раньше имели дело, по большей части говорили на языках балтийских стран, а также на русском или польском: их привлекали для решения проблем с украденными автомобилями, которые перегоняли в эти страны.

Мартин подтянул к себе справочник и стал его перелистывать, скорее на всякий случай, не особенно рассчитывая найти там что-нибудь нужное, потому что сам точно не знал, что ищет. Один из разделов справочника подал ему блестящую идею: учитывая, какая тьма немецких туристов проносится через Фьельбаку каждый год, в местном туристическом бюро обязательно должен найтись кто-нибудь, кто хорошо владеет немецким. Он быстро набрал номер и услышал в трубке отчетливый, приятный и жизнерадостный женский голос:

— Туристическое бюро Фьельбаки. Доброе утро. Меня зовут Пиа.

— Привет, я Мартин Молин из полицейского участка Танумсхеде. Я бы хотел спросить, есть ли у вас кто-нибудь, свободно говорящий по-немецки?

— Ну, в таком случае это, наверное, я. А в чем дело?

С каждой секундой в голосе слышалось все больше искреннего участия, и Мартин принял решение.

— Да, конечно, я иду на обед через полчаса.