Проповедник

Да, он виноват, он принял наследие и не должен был позволить себе исчезнуть пораженным болезнью, которая навеки поглотит его.

Если бы он смог сделать это еще — то, что у него не получилось. За последние недели он пришел к выводу, что они с Йоханнесом выбрали неверный, ошибочный путь. Они попытались найти какой-то практический способ получить дар, но, наверное, они понимали все слишком буквально. Вероятно, им надо было начать искать как-то по-другому, изнутри. Молитвы и тишина помогли ему сконцентрироваться. Постепенно Якоб все лучше и лучше постигал себя, впадая в состояние медитации, и там он приближался к Богу и лучше понимал Его изначальный замысел. Якоб чувствовал, как в него вливается энергия, все его тело было исполнено силой и ожиданием. Скоро, очень скоро он будет пожинать плоды своего новообретенного искусства. Конечно, он еще больше корил себя за то, что без нужды отнял жизнь, но всегда так выходит, когда идет борьба между добром и злом. А в этом случае, особенно в перспективе, девушек можно считать неизбежной жертвой.

Послеполуденное солнце согревало его. Якоб сидел на садовой скамейке. После молитвы он чувствовал прилив сил, и ему казалось, что он сам светится вместе с солнцем. Посмотрев на свою ладонь, он увидел, как она излучает тонкий лучик света. Якоб улыбнулся: вот оно, началось.

Возле скамейки он неожиданно заметил голубя. Тот лежал на боку, и мать-природа уже начала свою работу: забирала обратно свои дары и превращала плоть в прах. Застывший и грязный, голубь казался кучкой перьев, его глаза затянула белая пелена смерти. Якоб очень внимательно посмотрел на него, наклонился. Он понял, что это знак. Якоб встал со скамейки и сел на корточки рядом с голубем. Нежно и заботливо он исследовал птицу. Теперь его рука мерцала, словно внутри ее горел огонь. Он вытянул дрожащий указательный палец правой руки и легко коснулся взъерошенной кучки перьев. И ничего не произошло. Разочарование грозило взорвать его, но Якоб заставил себя остаться на месте. Сюда его обычно приводили молитвы. Через какое-то мгновение голубь вздрогнул, застывшая ножка голубя отчетливо шевельнулась. А потом все случилось — разом. Перья опять заблестели, исчезла белая пелена с глаз, голубь поднялся на лапки и, сильно взмахнув крыльями, взвился в воздух и полетел в небо. Якоб довольно улыбнулся.

У окна, выходящего в сад, стояли доктор Стиг Холбранд и врач-терапевт Фредрик Нюдин, который проходил здесь практику по судебной психиатрии. Они говорили о Якобе.

— Вон там Якоб Хульт. Это, можно сказать, феномен. Он до смерти замучил двух девушек для того, чтобы попытаться исцелить их. Они умерли от ран, и он осужден за убийство. Но психиатрическая экспертиза признала его невменяемым.