Проповедник

Может быть, она не такая, как все? Но в продолжение всей беременности ее все больше ограничивал или возвышал — в зависимости от того, как на это смотреть, — созревающий, пульсирующий, быстро растущий в ней организм. Каждая клеточка наполнилась одним желанием — родить ребенка. Может быть, поэтому другие люди ее очень раздражали, они просто-напросто нарушали ее концентрацию. Она не могла дождаться того момента, когда останется дома одна. Для Эрики это теперь представлялось настоящим Эдемом.

Тяжело вздыхая, она помешала сок, добавила в кувшин кубики льда, поставила на поднос два стакана и понесла все это двум марсианам, угнездившимся на ее лужайке.

Они ненадолго заехали в Вестергорден. Ненадолго, потому что Линды там не застали. Марита несколько удивилась, когда перед ней возникли двое полицейских, но не стала расспрашивать, а вместо этого направила их в усадьбу. Уже во второй раз за короткое время Патрик ехал по длинной аллее, и так же, как и в первый раз, он подумал о том, как здесь красиво. Он заметил, что Мартин, сидевший рядом с ним в машине, просто открыл рот.

— Ну, не все, а только некоторые, — сказал Патрик.

— И что, они всего вдвоем в таких хоромах ютятся?

— Вообще-то втроем, если считать Линду.

— Да, гляжу я на эту избушку и понимаю теперь, почему у нас в Швеции жилищный кризис.

На этот раз, когда они позвонили в дверь, им открыла Лаине.

— Чем я могу вам помочь?

И Патрик подумал, действительно ли ему послышалось беспокойство в ее голосе.

— Мы разыскиваем Линду. Мы были в Вестергордене, но твоя невестка сказала, что Линда здесь.

И Мартин неопределенно кивнул куда-то в направлении Вестергордена.

— А что вы от нее хотите? — спросил Габриэль, появившийся за спиной Лаине, которая по-прежнему придерживала дверь и не приглашала их пройти.

— У нас к ней есть несколько вопросов.

— Никто не будет задавать никаких вопросов моей дочери до тех пор, пока я не узнаю, о чем идет речь.

Габриэль приосанился, выпятил грудь колесом и изготовился защищать свое движимое и недвижимое имущество. Едва Патрик начал свои объяснения, из-за угла дома показалась Линда. Она была в костюме для верховой езды и явно либо собиралась в конюшню, либо шла оттуда.

Патрик кивнул с облегчением: ему совершенно не улыбалась перспектива вступать в прямую конфронтацию с ее отцом.

— Да, у нас к тебе есть несколько вопросов. Мы поговорим здесь, снаружи, или внутри?

— О чем они тебя собираются спрашивать, Линда? Может быть, ты ввязалась в какую-нибудь историю, о которой мы должны знать? Мы считаем, что нельзя позволить полицейским расспрашивать тебя одну, мы обязательно должны присутствовать, чтоб ты знала.

Линда, которая моментально стала похожа на маленькую испуганную девочку, едва заметно кивнула.

— Мы будем разговаривать внутри.