Проповедник

И Ёста подумал, что это, наверное, не простая случайность. Сначала они разок ошиблись и свернули не туда, но потом нашли дом и припарковали машину рядом. Они вышли из машины и с интересом оглядывали безлюдную местность, пока шли к фермерскому дому.

Хозяйство выглядело примерно так же, как и все остальные поблизости. Рядом с домом, выкрашенным в белый цвет, с синими наличниками на окнах, стоял сарай с красными деревянными стенами. В прессе очень много обещали, что участие Швеции в Европейском союзе станет манной небесной для шведских крестьян, но Ёста видел, что действительность оказалась несколько мрачнее. На всем вокруг лежал отпечаток безнадежности и упадка. Похоже, владельцы из кожи вон лезли, пытаясь поддерживать видимость благополучия, но краска и на доме, и на сарае начала облезать и только подчеркивала витавшее вокруг ощущение безысходности. Они поднялись на веранду — прекрасный образчик отличной плотницкой работы. Сразу было видно, что дом построен давно, до нынешних времен, когда быстрота и эффективность стали важнее, чем работа на совесть.

— Проходите, — крикнул им из глубины дома дрожащий голос старой женщины.

Эрнст и Ёста тщательно вытерли ноги о коврик перед дверью и прошли внутрь. Эрнсту пришлось пригнуться, чтобы не стукнуться головой о притолоку, но Ёста, который никогда не относился к разряду высоких статных парней, вошел без проблем, ничуть не опасаясь, что зацепится маковкой.

— Добрый день, мы из полиции, нам нужен Рольф Перссон. Он дома?

Старушка, которая готовила завтрак, вытерла руки о кухонное полотенце.

— Подождите минуточку, я его приведу. Понимаете, он прилег ненадолго. Обычная вещь, когда становишься старым.

Она засмеялась и скрылась в глубине дома. Ёста и Эрнст нерешительно огляделись вокруг и сели за кухонный стол. Кухня напомнила Ёсте о доме его родителей, хотя чета Перссонов была, по-видимому, всего лишь лет на десять старше, чем он сам. Сначала старушка показалась ему более пожилой, чем на самом деле. Но, посмотрев повнимательнее, он увидел, что глаза у нее яркие и живые. Ее просто доконала тяжелая работа, и она выглядела старше своих лет. Перссоны по-прежнему готовили еду на старой дровяной плите. На полу лежал линолеум, а под ним наверняка скрывался дивной красоты деревянный пол. У более молодого поколения принято снимать линолеум, чтобы открывалось дерево. Но его поколению, как и супругам Перссон, это напоминало о бедном детстве. И когда ты избавлялся от линолеума, это становилось ясным признаком того, что ты освободился и уже не живешь такой же бедной жизнью, как твои родители.

Изношенные деревянные панели также пробуждали сентиментальные воспоминания. Он не смог удержаться и провел пальцем по щели в стыке.