Пропавших без вести – не награждать!

От действия луча в замкнутом металлическом контуре, которым является солдатская фляжка емкостью 800 граммов, произошел нагрев жидкости. Под действием образовавшегося во фляжке пара колпачок с нее был сорван, половина жидкости выкипела. Доклад закончил!

– Вот так и надо докладывать, лейтенант: коротко и понятно! Теперь я обращаюсь ко всем: все слышали доклад лейтенанта? Все? Тогда в путь!

Только тут до Якушева дошло, зачем Лоскутову понадобился официальный доклад: если группа по дороге в базовый лагерь подвергнется нападению, то любой выживший десантник сможет пересказать, что видел Якушев и какие он выводы сделал.

«Я никогда не стану настоящим офицером, – подумал Якушев. – Я никогда не смогу понять командирской логики. Лоскутов всегда все просчитывает наперед, всегда думает о деле… Ладно, теперь все в прошлом. Теперь доложим в Москву – и домой!»

Настроение у лейтенанта было приподнятое. Но если бы он знал, что Лоскутов просчитал далеко не все, то он бы не был так оптимистично настроен.

На расстоянии часа ходьбы от фьорда Геккон заметил на дереве большую птицу и убил ее из лука, который всегда носил с собой. Осмотрев добычу, Лоскутов разрешил короткий привал, чтобы тунгусы могли ощипать глухаря и закопать перья. Пока Чук и Геккон обдирали тушку, Николай Егорович отвел Монгола в сторону.

– Я вижу, ты хочешь поговорить.

– Хочу. Коля, задание мы выполнили, что дальше? – Монгол набил трубку, закурил.

– Доложим в Москву и будем ждать указаний.

– И все? Коля, ты разработал план рейда только до доклада в Москву? А дальше? Есть какие-нибудь наметки, как нам выбраться отсюда?

– Я рассматривал несколько вариантов эвакуации группы морем, но все это чепуха. Нам один раз повезло не нарваться на немецкие подводные лодки, второй раз такой номер не пройдет. Если нам выбираться отсюда, то только по суше, через Швецию и Финляндию.

– Здорово! Ты предлагаешь идти наугад, ориентируясь только по компасу, без топографических карт? Ладно, я не о том. Скажи, какая была необходимость стрелять в Отца волков? Не мог подождать, пока я сам с ним справлюсь?

Лоскутов достал папиросу, постучал мундштуком о ноготь большого пальца, смял гильзу.

– Во-первых, – Николай Егорович помедлил, подумал, подбирая слова, – ты меня не уполномочивал пассивно наблюдать, как волк тебе кишки выпустит. Ты гимнастерочку-то задери, посмотри, много ли ему до твоего пуза осталось. Теперь далее. А кто тебе сказал, что на тебя напал Отец волков? Как я припоминаю, на нем ничего написано не было, и короны он не носил.

– Короны не носил, да, это верно, – растерянно пробормотал рейдовик. – Я как-то про корону не подумал… Коля, если это был не Отец волков, то кто?

– Это был волк, хищное млекопитающее отряда псовых.