Пропавший

Ничего хуже и придумать нельзя! Лучше бы он голову сложил вместе с остальными!

Его свели на берег по трапу. Там уже собрались женщины и дети. В Андрея полетели камни, некоторые из детей стали плеваться. Один из конвоиров замахнулся на обидчиков тупым концом короткого копья. Дети отбежали в сторону, выкрикивая обидные слова. Андрей языка не знал, но по тону ему было понятно.

Его привели в небольшую деревню, втолкнули в какой-то сарай и заперли дверь. Он уселся на земляной пол. Голова побаливала – сказывался удар, который ему нанесли на палубе.

Ушкуй с товаром у мордвинов, команда мертва, он в плену. Расклад – хуже некуда. А еще мучила неизвестность. Отпустят ли его за выкуп? Так делали и татары, и литовцы, но про мордву он не слышал ничего.

К вечеру пришел воин, принес воды.

– Ты по-русски понимаешь? – обратился к нему Андрей.

– В Мордве, в племени эрзя. Сейчас совет племени собрался, трофеи распределяет.

– А со мной что будет?

– Ты храбрый воин, хоть и купец, наших много убил. Как текштяй решит, так и будет.

– Текштяй – это кто?

– Вождь. – Воин запер дверь.

Издалека, от центра деревни донесся восторженный вопль множества глоток. «Наверное, товар с ушкуя закончили делить», – решил Андрей, но ошибся – трофеи уже поделили. Это вождь решил его судьбу. Племя было языческим, и за многих убитых при захвате судна текштяй решил принести Андрея завтра в жертву – к радости собравшихся.

За стенами сарая стемнело. Руки у Андрея были связаны сзади и затекли. Он периодически шевелил пальцами, сжимал и разжимал кисти рук. Кончики пальцев покалывало, они теряли чувствительность.

Андрей улегся на пол и уснул – слишком много потерь в его судьбе произошло сегодня: потеря свободы, товарищей, судна.

Утром его разбудил солнечный свет, бьющий из открытой двери.

– Вставай, чужеземец!

Андрей перевернулся на живот, встал на колени и поднялся. Бок совсем затек, а кистей рук он не чувствовал.

Андрея провели в центр деревни. Там уже собралась толпа – наверное, туда пришли все жители.

На Андрея надели венок из весенних цветов.

На небольшой площади восседал на неком подобии трона вождь, рядом стояли приближенные – все в праздничных одеждах. Текштяй сказал короткую речь на своем языке, из которой Андрей не понял ни словечка. Потом вперед выступил шаман или колдун, а может, и волхв – Андрей не мог сказать точно. Он начал бить в бубен, кружиться, что-то напевая и выкрикивая. Толпа одобрительно покрикивала, приплясывала и иногда подпевала.

Сколько это продолжалось, Андрей сказать не мог. Потом языческий шаман поднес к его губам деревянную плашку с пойлом, заставляя отпить. Напиток пах грибами.

Затем Андрея подвели к столбу и привязали. Сердце у него екнуло.